Венкелер Эгон Генрихович (1908)

  • Дата рождения: 2 февраля 1908 г.
  • Место рождения: Елисаветпольская губ. (Аз.ССР), г.Кедабек.
  • Пол: мужчина
  • Национальность: немец
  • Гражданство (подданство): СССР
  • Профессия / место работы: рабочий-маляр
  • Место проживания: Аз.ССР, Акстафинский р-н, кол. Грюнфельд (Гринфельд)
  • Дата смерти: 1946 г.
  • Место смерти: на спецпоселении, от голода, Каз.ССР, Восточно-Казахстанская обл., с. Быструха
Аресты
  • Обвинение: попытка побега за границу в Иран
  • Приговор: 2 года л/с
  • Комментарий к аресту: Арестован в начале 1930-х за попытку сбежать через Иран к родственникам в Германию. Подвергся пыткам, следы которых оставались до конца жизни.
  • Обвинение: по национальному признаку (немцы)
  • Осуждение: 20 октября 1941 г.
  • Статья: Постановление ГКО от 8.10.1941 г.
  • Приговор: спецпоселение
  • Место отбывания: Каз.ССР, Восточно-Казахстанская обл., с. Быструха
  • Источники данных: Эдмунд Матер. Немецкие авторы России. Энциклопедия, т.4.

Репрессированные родственники

Биография

За две недели до выселения немцев из села Грюнфельд, узнали мои родители от младшего брата моего отца, Герберта Венкелера, что поволжских немцев всех выселили. Узнал он об этом во время командировки в Баку от коллеги, служащего банка: Венкелер и сам работал в районном банке главным бухгалтером. Официальных источников по этому поводу нигде не было. Стало очевидно, что такая же участь ждет всех немцев.

И действительно, 17 октября 1941 года районные партийные органы объявили о поголовном выселении всех. Куда? Почему? Эти вопросы оставались без ответа. Три дня на подготовку и 25 кг багажа на человека – таков приказ властей. К тому же сдать нужно было коров, дом, собранный урожай. Взамен выдавали квитацию, якобы для возмещения убытков по прибытию на новое место жительства. Эта квитанция до сих пор хранится у меня в семейном архиве и является очередным доказательством обмана властей.

Пока папа бегал в сельский совет оформлять документы, мама взяла на себя все хлопоты по приготовлению провианта в дорогу. Закололи свинью, перерубили кур, мама напекла хлеба и насушила сухарей. Прожаренное мясо укладывалось в ведра и заливалось жиром. Родители задавались вопросом: куда девать нажитое имущество. Продать? Покупатели не находились. Раздарить? Нашлись такие, которые захотели взять. Причем, кто первый приходил, имел возможность выбрать. Спросом пользовались посудные сервизы, оконные шторы, мебель, одежда и постельное белье.

Мне, как ребёнку, запомнился последний совместный ужин в большом новом доме дедушки. Собрались семьями – семьи двух братьев и сестра отца. Запомнился горячий, душистый чай с молоком. Запах этого вкусного чая преследовал меня потом все голодные годы моего детства. Ночью въехали во двор пустые телеги, по одной на семью. Посадили меня и брата на одну, а оставшееся место загрузили нашими пожитками. Из-за нехватки места пришлось кое-какие узлы оставить. Хотелось взять мне с собой и моего любимого котенка. Но было нельзя. Долгие годы он приходил ко мне во снах.

Путь наш лежал до железнодорожной станции Акстафа. Выяснилось, что в колонне не досчитались одной семьи. Пришлось отцу вернуться и узнать в чем дело. То, что он увидел, потрясло его. Родное ухоженное село было оцеплено вооруженными солдатами. Гробовая тишина на пустынных, темных улицах, темные окна без штор, в некоторых горел еще свет. На улицах бродили собаки в поисках своих хозяев. Переночевали на перроне вокзала. Утром подали вагоны. Путь лежал в Баку, к Каспийскому морю.

Из воспоминаний Аделины Лоренц и ее родителей Эгона и Софии Венкелер, жителей села Грюнфельд Азербайджанской ССР. Аделине было 4 годика, когда ей пришлось покинуть родное село.