Тальми Леон Яковлевич (1893)

Леон Тальми с женой Соней

• Дата рождения: 1893 г.
• Место рождения: мест. Ляховичи Слуцкого уезда Минской губ.
• Пол: мужчина
• Национальность: еврей
• Социальное происхождение: из мещан
• Образование: незаконченное высшее
• Профессия / место работы: журналист, внештатный переводчик в журнале "Новое время" и в Совинформбюро
• Место проживания: Москва, Капельский пер., д. 13, кв. 17
• Партийность: б/п

• Дата расстрела: 12 августа 1952 г.
• Место смерти: Москва
• Место захоронения: Москва, Донское кладбище

---

• Дата ареста: 2 июля 1949 г.
• Обвинение: измена Родине ("Дело Еврейского антифашистского комитета")
• Осуждение: 18 июля 1952 г.
• Осудивший орган: ВКВС СССР
• Приговор: ВМН (расстрел)
• Дата реабилитации: 22 ноября 1955 г.
• Реабилитирующий орган: ВКВС СССР

---

• Источники данных: Москва, расстрельные списки - Донской крематорий

Репрессированные родственники

• Сын: Тальми Владимир Леонович (1924)
• Жена: Тальми-Розенберг Сарра Аврумовна (1898)

Биография

Леон Тальми (Лейзер Тальминовецкий) родился в 1893 году в местечке Ляховичи Барановичского уезда Минской губернии (ныне - районный центр Брестской области Беларуси) в семье торговца. Начальное образование мальчик получил в хедере, потом учился в средней школе.

В 1912 году умер его отец, и семья Тальминовицких лишилась кормильца. К тому же старшему сыну Самуилу грозил призыв в армию, и тогда Тальминовицкие, по примеру многих еврейских семей, решили эмигрировать и отправились за океан, где к этому времени уже обосновались их родственники. Лейзер и Самуил первыми отправились в дальний путь, а позже к ним присоединились другие члены семьи. К 1915 году в Америке вместе с матерью, ставшей Голдой Тальми, жили десять ее детей в возрасте от 6 до 24 лет.

В Америке Лейзер Тальминовицкий, ставший Леоном Тальми, получил среднее образование и, по его свидетельству, начал учиться в университете. Он вошел в круг еврейских социалистов, в 1914 году стал членом партии, в которой состоял до 1917 года, вошел в состав ее центрального комитета. С 1914 же года начал выступать как журналист.

Но мысли и воспоминания о России, видимо, его не оставляли, и сразу после Февральской революции молодой человек вернулся на родину. Он прибыл в Петроград, где встретился с близкими ему по политическим убеждениям людьми. В это время обсуждался вопрос слияния нескольких еврейских партий в одну «Объединенную социалистическую еврейскую рабочую партию» и создания в Киеве ее газеты «Найе Цайт» (Новое время). Леона Тальми пригласили войти в состав редакции партийной газеты, и он отправился в Киев.

Работая в газете, Тальми занимался переводами с идиш на русский, писал статьи, заметки, фельетоны, рассказывал читателям о жизни в Америке, положении рабочих и политической борьбе в этой стране.

В 1920 году Тальми переехал в Москву, где встретился со многими знакомыми по Киеву и по их рекомендации начал выполнять задания Наркомата по делам национальностей, а затем стал работать переводчиком в отделе печати Исполкома Коммунистического интернационала (ИККИ). Чисто переводческая работа не была по-настоящему интересна молодому журналисту, и он по совету активного еврейского журналиста и политика, тоже бывшего американского эмигранта Шахно Эпштейна стал проситься на журналистскую работу в Америку. Коминтерн в то время часто отправлял своих работников в зарубежные командировки, тем более, что у Тальми был опыт американской жизни, поэтому просьба его была удовлетворена, и в 1921 году он получил назначение. К этом у времени Леон уже женился и вместе с женой Саррой отправился в США. Там уже находился сам Эпштейн, получивший от Коминтерна задание объединить существовавшие в Америке разрозненные прокоммунистические кружки.

По его рекомендации Тальми поступил на работу в русскую газету «Искра» и сотрудничал с журналом «Нэшнл», выступавшим за политическое признание Советской России.

В 1924 году у Сарры и Леона родился сын Владимир.

В 1925 году Тальми сопровождал в поездке по Америке Владимира Маяковского, о котором писал в американских газетах, а его стихи переводил на английский и идиш. В 1924-25 годах для активизации работы среди еврейского населения Америки Компартия США создала ИКОР (Идише колонизация орбайтер) - общество содействия еврейской колонизации в СССР. После организации в Москве Общества землеустройства трудящихся евреев (ОЗЕТ) ИКОР начал с ним активное сотрудничество, занимаясь пропагандой создания еврейской автономии на Дальнем Востоке. В этот момент и пересеклись пути Леона Тальми и Ильи Ватенберга, еврейского эмигранта, ставшего генеральным секретарем ИКОР. После того как Ватенбергу была поручена другая работа, Тальми занял его место, по утверждению свидетелей этих событий, неохотно, поскольку не был склонен к административной деятельности.

Руководство ОЗЕТ демонстративно сосредоточило свои усилия на создании еврейской автономии на Дальнем Востоке (в Биробиджане), поэтому ИКОР всю свою помощь направлял именно в этот район СССР. Поскольку идея создания еврейской автономии в столь отдаленных и суровых краях вызывала множество вопросов и недоумений на Западе, решено было направить туда комиссию для наблюдения за процессом колонизации. От ИКОРа в нее вошли Ватенберг и Тальми. Летом 1929 года Тальми первым выехал в СССР – он участвовал в работе комиссии в качестве журналиста и переводчика, после завершения поездки публиковал путевые очерки, которые потом объединил в книгу «На целине», опубликованную в США на английском языке и идиш. После окончания экспедиции Тальми продолжал журналистскую работу, но его не оставляла мысль об окончательном возвращении в СССР.

Уезжая в СССР, Тальми собирался освещать в американских изданиях процесс создания еврейской автономии в Биробиджане. Предполагалось, что он станет собственным корреспондентом одного из изданий, в которых прежде работал, но всего этого не случилось. В Москве он полностью отошел от журналистской работы и не откликался на обращения своих американских коллег. Объяснить это можно тем, что дела в Биробиджане шли не слишком хорошо: очень многие из нескольких тысяч приехавших туда евреев, не выдержав сурового климата и тяжелейших бытовых условий, покинули «землю обетованную». Проект, в сущности, провалился, плести американским читателям красивые небылицы Тальми не хотел, а рассказать правду, видимо не решился. Именно так он объяснял это в своих показаниях на суде по делу Еврейского антифашистского комитета (ЕАК).

Отказавшись от журналистики, Леон Тальми устроился переводчиком в «Издательство литературы на иностранных языках», где его назначили редактором английской секции. При его непосредственном участии были изданы на английском языке многотомные собрания сочинений классиков марксизма-ленинизма, в том числе Сталина. Он переводил на английский стенографические отчеты о так называемых «московских процессах», уничтоживших практически всю верхушку ВКП(б).

В годы Большого террора жизнь Леона Тальми, разумеется, висела на волоске: вся его биография делала его потенциальной жертвой сталинской чистки, но он уцелел. Произошло это потому, что он полностью отошел в то время от политики и журналистики, хотя, возможно, существовали другие причины – об этом мы можем только гадать. В июле 1941 года он записался в ряды народного ополчения, но на фронт его не взяли, а направили переводчиком в Совинформбюро (СИБ). Вместе с коллегами Тальми был сначала эвакуирован в Куйбышев, но зимой 1942 года его отозвали в Москву.

В первые годы деятельности Еврейского антифашистского комитета, несмотря на то что ответственным секретарем ЕАК стал его давний знакомый Шахно Эпштейн, Тальми участия не принимал. Он стал эпизодически участвовать в работе комитета уже после пропагандистской поездки председателя ЕАК Соломона Михоэлса и члена ЕАК Ицика Фефера на Запад в 1943 году, но основное свое время и силы он отдавал переводческой работе в одном из отделов СИБ.

После окончания войны Леон Яковлевич продолжал работать в Совинформбюро, а в 1947 году на семью обрушилась первая беда: был арестован сын, Владимир Тальми, офицер, прошедший фронт и служивший перед арестом в экономическом управлении советской администрации в Берлине. Знание английского языка позволяло Владимиру общаться с союзниками, и это стало причиной обвинения в антисоветской деятельности. Дело окончилось 25–летним лагерным сроком, а родители узнали об аресте сына только через несколько месяцев. Сообщив об этом руководству, Тальми был тотчас уволен с работы, но продолжал получать заказы на переводы, поскольку профессионалов его квалификации было не так много.

Первоначально Тальми к делу ЕАК не привлекали, но на его глазах были арестованы многие члены и сотрудники комитета, среди них его друзья Илья Ватенберг и его жена Чайка Ватенберг-Островская. В конце концов 2 июля 1949 года Леон Яковлевич тоже был арестован. Его биография, жизнь за границей, участие в деятельности многих еврейских организаций и печатных изданий давали богатую пищу для обвинений. Как и многие товарищи по несчастью, он сначала все эти обвинения отвергал, но под чудовищным давлением следователей постепенно начал давать «признательные» показания. Как он сам говорил на суде, сказалась здесь и растерянность, непонимание причин самого ареста и следствия: «…перед лицом советского следователя, хотя и утверждающего, что я враг, но в котором я не вижу врага, я не знал, как себя вести». В какой-то момент дело Тальми объединили с делом Лозовского и других членов президиума ЕАК, и это стало роковым для него событием, окончившимся смертным приговором, вынесенным 7 мая 1952.

12 августа 1952 года 13 приговоренных были расстреляны, в том числе и Леон Тальми.

Жена Леона Яковлевича, Софья (Сарра) Абрамовна Тальми в начале 1953 года, как и многие другие члены семей расстрелянных, была отправлена в ссылку. Ее освободили в 1955 году, и тогда же были реабилитированы все погибшие и пострадавшие по делу Еврейского антифашистского комитета. Она умерла в 1988 году в США.

Сын Сарры и Леона Владимир Леонович Тальми окончательно освободился в 1956 году, завершил высшее образование, работал в московских издательствах и журналах. В 1979 году он эмигрировал вместе со всей семьей в США, занимался там преподаванием и переводами, написал книгу мемуаров «Полный круг. Нью-Йорк и обратно. История моей жизни». Он скончался в 2012 году.

Подробнее о ЕАК читайте здесь.

Уже после установки таблички нам удалось связаться с родственниками Леона Тальми: его внучкой Дашей Коен (Тальми), живущей в Вашингтоне, и родственником Глебом Прозоровым, живущим в Москве. От нас они узнали, что памятная табличка с именем Леона Тальми появилась на доме в Капельском переулке. Такие случаи со знаками "Последнего адреса" случаются время от времени: иногда они "оживают", и благодаря им находятся родственники, потомки погибших людей. Вот и еще одна такая семья.

Установка памятного знака "Последним адресом"

Фото: Мария Олендская

Пятиэтажный трехподъездный дом № 13 по Капельскому переулку был построен в 1936 году для работников «Издательского товарищества иностранных рабочих в СССР». Поскольку «Издательское товарищество» специализировалось на выпуске книг на иностранных языках, среди его сотрудников было много специалистов, приехавших из стран Европы и Азии. В этом доме жили немцы, корейцы, китайцы, венгры, поляки, один иранец и один бурят, а также реэмигранты, когда-то покинувшие Россию, а затем вернувшиеся на родину. Жили здесь и работники других московских издательств и типографий, информационного агентства ТАСС.

Согласно базам «Мемориала», по меньшей мере 27 жильцов этого дома были расстреляны в годы Большого террора. В январе 2018 года мы установили мемориальные таблички двум жильцам этого дома: Отто Иогановичу Борку и Карлу Адольфовичу Шустеру. 10 февраля 2019 года здесь появился третий памятный знак Леону Яковлевичу Тальми.

Церемония установки знака «Последнего адреса» (фото, видео)

По материалам проекта "Последний адрес"

Документ

Подборка документов по делу Еврейского антифашистского комитета. 1948-1956 гг.

Записка Р.А. Руденко в ЦК КПСС о реабилитации лиц, осужденных по «делу еврейского антифашистского комитета». 1 октября 1955г.