Воробьев Иван Александрович (1899)

Формуляр отредактирован пользователем, данные не подтверждены документально и нуждаются в проверке.

Воробьев Иван Александрович

• Дата рождения: 1899 г.
• Место рождения: Нижегородская область, Воротынский район, с. Шокино
• Пол: мужчина
• Национальность: русский
• Профессия / место работы: Старший инженер УС Усть-Сунгарийского укрепрайона, военинженер 2 ранга
• Место проживания: ЕАО, с. Блюхерово

---

• Где и кем арестован: ОО ГУГБ НКВД Усть-Сунгарийского укрепрайона (с. Блюхерово)
• Дата ареста: 14 августа 1938 г.
• Осуждение: 13 декабря 1939 г.
• Статья: 58-1"б"-7-11 УК РСФСР
• Приговор: дело прекращено
• Дата прекращения дела: 13 декабря 1939 г.
• Основания освобождения: за отсутствием состава преступления

---

• Источники данных: Архивное дело ХУ-623, т. 14, с. 56-57.; Книга памяти ЕАО

Документы

"... 14 августа 1938 года я... был арестован по распоряжению бывшего начальника ОО Гусарова. Оснований для моего ареста у Гусарова не было, поэтому Гусаров меня арестовал, не предъявив мне никакого обвинения. Мне предъявили только ордер на арест, постановление о предъявлении мне обвинения мне предъявлено не было. Также не было на меня санкции прокурора.

Для того, чтобы я дал нужные ему провокационные собственноручные показания, Гусаров меня посадил в «собачий ящик», где меня продержали с 14 августа 1938 года по 17 октября 1938 года.

Ящик представлял из себя сколоченный из досок ящик размером: длина - 1,1 метра, ширина - 0,6 метра, высота - 1,55 метра. В середине был набит на полу брусок деревянный 7х7 см для того, чтобы нельзя было даже по-человечески сидеть.

В этом ящике стоять я не мог, лежать тоже не мог. Сидеть можно было с большим трудом, так как мешал брусок, набитый на полу. Света совершенно никакого не было.

В таком ящике меня Гусаров продержал 64 дня до самых морозов. Ящик был поставлен в сенях тюрьмы, и уже с 15 октября пошли морозы, и я, не имея теплой одежды, буквально замерзал.

Я сидя ел, пил и спал. Во время дождей протекал дождь, и я был на положении буквально паршивой собачонки.

Для того, чтобы меня перевели из этого «собачьего ящика», я объявил 5-дневную голодовку, и в течение 4-х дней не брал ни пищи, ни воды. Но это ни к чему не привело. Я не был переведен в общую камеру. Лишь 17 октября из Хабаровска приехала инспектор т. Москвитина, и по ее распоряжению я был переведен в общую камеру.

Мало того, Гусаров, для того, чтобы создать совершенно невозможные условия, он ко мне сажал за разные тюремные нарушения еще людей. Так, 1 день ко мне в этот ящик был посажен красноармеец Лексионок (правильно - Алексеенок), 1 день посажен красноармеец Можейко, 2 дня в этом ящике со мной сидел арестованный лейтенант роты связи Петропавловский, 6 суток со мной сидел арестованный бывший комиссар УСУР т. Плотников, который в настоящее время работает комиссаром инженерных курсов усовершенствования в Хабаровске в Волочаевском городке и может подтвердить.

Вдвоем сидели в этом ящике так: один стоял в согнутом состоянии все время, второй сидел, и так поочередно.

В бане я не был во все время сидения, вшей было очень много у всех.

В моем ящике, да и во всей тюрьме во всех камерах, не было параши. Водили в уборную 2 раза в сутки - вечером и утром. Люди мочились в камере..."

07.02.1940