Брагин Яков Степанович (1895) - История изменений

OL Robot: Фотография,Репрессированные родственники,Предположительные родственники => добавить, если нет

2025-03-06T08:56:17Z

Фотография,Репрессированные родственники,Предположительные родственники => добавить, если нет

Catherine m в 10:48, 12 марта 2018

2018-03-12T10:48:15Z

Catherine m в 10:44, 12 марта 2018

2018-03-12T10:44:45Z

ArchScolopendra: Новая страница: «{{Шаблон:Формуляр |дата рождения=1895 |место рождения=Екатеринославская губ., с. Волосское (…»

2018-03-11T09:47:54Z

Новая страница: «{{Шаблон:Формуляр |дата рождения=1895 |место рождения=Екатеринославская губ., с. Волосское (…»

Новая страница

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1895
|место рождения=Екатеринославская губ., с. Волосское (Волоськэ)
|пол=мужчина
|социальное происхождение=из крестьян
|социальное положение=крестьянин
|образование=начальное
|место проживания=с. Домбаровка Оренбургской обл.
|дата смерти=05.1933
|место смерти=Тюремная больница г. Орска
|источники данных=воспоминания сына, Александра Яковлевича Брагина
|дата ареста 1=01.1933
|обвинение 1=ложный донос о краже
|статус=создан пользователем
}}

[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

Воспониминания Александра Яковлевича Брагина об отце Якове Степановиче.
Яков был 4-м сыном в семье, где было 7 сыновей и 5 дочерей. Отец - Брага (Брагеску или Брагенеску) Степан Аврамович - молдаванин, из зажиточной семьи, безграмотный, но от природы он был умен и предприимчив – занимался закупкой и продажей скота (прасол). Умер в 1919 г. от рака желудка в возрасте 62 года. Бабушка – Агриппина Яковлевна, урожденная Типпер, молдаванка.
Яков родился в 1895 или 1896 году в с. Волосское (Волоськэ) в 18 км. от Екатеринослава. В ранней молодости (по рассказам сестры) сильно болел: угробил его отец, Степан Аврамович, когда возили телегами зерно на продажу. При переправе через небольшую речушку, телега застряла. Лошади, выбиваясь из сил, не смогли выдернуть ее. И тогда, несмотря на глубокую осень и ледяную воду, отец заставил сына вытащить все мешки с зерном на берег. После этого он слег. Болел тяжело и долго. Летом, уже будучи беспомощным и казалось безнадежным, валялся на тарантасе под скирдой сена. Отец не обращал внимания, мать же не оставляла надежды спасти сына, и найдя в Орске врача, согласившегося посмотреть сына, отвезла Якова в город. Началось лечение, которое оказалось эффективным, и спустя какое-то время он встал на ноги, хотя прежнего здоровья уже не было. Несмотря на это он был призван в армию и отправлен на Германский фронт – шла 1-я Мировая. С фронта вернулся инвалидом – был тяжело ранен в руку, вследствие чего она была у него усохшей, пальцы фактически не разгибались.
В 1918 г. на Троицу была свадьба Якова Брагина с Екатериной Васильевной Катрич (1901 г.р. из под Бердянска, с. Берестово). В 1919 г. умер отец, Степан Аврамович и Яков стал фактически хозяином родительского дома. До сталинской, так наз. коллективизации (а фактически всеобщего обращения крестьянства в рабство) Яков Степанович как и все односельчане, в меру возможности сеяли зерновые, овес, бахчевые культуры. Значительное место отводилось под кукурузу. Кукуруза традиционная культура молдаван, их основной «хлеб». Во всяком случае мамалыга до отъезда в 1933 году матери («бабы Бражыхи») в г. Орск была на столе часто, несмотря на то что уже «все вокруг колхозное, все вокруг мое…» и не было ничего – был голод. Значительным (а может быть и главным) занятием Якова Степановича была торговля мясом. Он ездил по ближним аулам, закупал курдючных баранов и мясо реализовывал. После «всеобщего добровольного вступления» в колхоз Яков Ст. будучи инвалидом, оказался как бы вне колхоза. Это позволило ему в какой-то мере избежать колхозного рабства. Некоторое время он работал там на так называемой «бойне», функционирующей с наступлением холодов. Это было уже государственное предприятие. Забивался в основном крупный рогатый скот. Мясо в тушах отправлялось санным транспортом в г. Орск. Последние полтора или 2 года работал в «Заготживсырье», скупал у населения пушнину, бараньи шкуры в обмен на чай, порох, капканы, рыболовные снасти и прочую мелочь, необходимую в быту. У него была казенная лошадь, на которой он объезжал близлежащие села с целью сбора сырья. Эта лошадь, а также его простота и доверчивость стали для Якова Ст. роковыми. Зимой 1932-33 гг. в дом к Якову заявился односельчанин Васька Зотов с незнакомым пришлым человеком и стал просить для последнего лошадь съездить по каким-то делам в близлежащий совхоз «Профинтерн» (позднее «Шахтстрой» и райцентр). После некоторых колебаний, доверившись поручительству Зотова, Яков Ст. лошадь дал. Прошло 2 дня, а на 3-й он не выдержал и поехал в «Профинтерн» сам. Прибыл поздно вечером, нашел лошадь в условленном месте в сарае, в тепле жующей сено, успокоился и пошел к родственникам жены, Катричам. А утром его арестовали. Оказывается, спавший после обильных возлияний Демин, когда к нему зашел Яков, глубокой ночью запряг лошадь и поехал к совхозному амбару, сбил замок и выкрал около 10 мешков зерна, с чем и был вскоре задержан. На допросе же заявил, что сделал это по просьбе Якова Брагина, для чего последний и дал ему лошадь. По дороге в Орск (в сопровождении милиционера ) около 2 часов побыл дома. Это были последние минуты его пребывания в кругу семьи. В тюрьме он заболел тифом и умер в больнице (видимо при тюрьме). Случилось это в последних числах апреля или в первой декаде мая 1933 г. – голодного страшного года…
По воспоминаниям родных, от других своих пяти братьев, отличался мягким незлобивым характером, был общителен, добр, отзывчив, очень любил детей, никогда не повышал голоса и не говорил лишних слов, терпим к мнению и действиям других и вместе с тем был цельной натурой со своей житейской «философией». Честность, порядочность, обязательность – не только природная но и осознаваемая им черта его натуры. И поэтому не удивительно, что он пользовался необыкновенным уважением, если не сказать любовью, особенно среди казахов, тем более что он изъяснялся с ними на их родном языке. Спустя 15 лет после его смерти – в апреле 1946 г, случайно повстречавший нас с Анатолием в пос. Котансу аксакал и по каким-то лишь ему ведомым признакам, что мы сыновья «Жяшка» (Яшка), разволновался, зацокал языком, закачал головой то и дело повторяя «он нормой жаксы, кароший человек был Жяшка» И вопросы – как сюда попали, как живем, как мать.
Столь же чистоплотен он был и физически: всегда выбрит, причесан, не терпел несвежего белья, не ложился, не помыв ноги. Даже в «глухие и пещерные времена он чистил зубы, пользовался одеколоном и другими средствами личной гигиены. И еще в нем было обостренное чувство уважения к старшим, особенно к матери и старшей сестре Ирине Степановне Брагиной-Баркар. Воздержан к дурным привычкам – не курил, не пил и практически не сквернословил.

← Предыдущая		Версия 08:56, 6 марта 2025
Строка 16:		Строка 16:

	[[Категория:Открытый список]]		[[Категория:Открытый список]]
		+	[[Категория:Репрессированные родственники]]
	[[Категория:Добавлено пользователем]]		[[Категория:Добавлено пользователем]]

@@ Строка 18: / Строка 18: @@
 [[Категория:Добавлено пользователем]]
 ==Биография==
 Воспониминания Александра Яковлевича Брагина об отце Якове Степановиче.

@@ Строка 18: / Строка 18: @@
 [[Категория:Добавлено пользователем]]
 Воспониминания Александра Яковлевича Брагина об отце Якове Степановиче.
-Яков был 4-м сыном в семье, где было 7 сыновей и 5 дочерей. Отец - Брага (Брагеску или Брагенеску) Степан Аврамович - молдаванин, из зажиточной семьи, безграмотный, но от природы он был умен и предприимчив – занимался закупкой и продажей скота (прасол). Умер в 1919 г. от рака желудка в возрасте 62 года. Бабушка – Агриппина Яковлевна, урожденная Типпер, молдаванка.
 Яков родился в 1895 или 1896 году в с. Волосское (Волоськэ) в 18 км. от Екатеринослава. В ранней молодости (по рассказам сестры) сильно болел: угробил его отец, Степан Аврамович, когда возили телегами зерно на продажу. При переправе через небольшую речушку, телега застряла. Лошади, выбиваясь из сил, не смогли выдернуть ее. И тогда, несмотря на глубокую осень и ледяную воду, отец заставил сына вытащить все мешки с зерном на берег. После этого он слег. Болел тяжело и долго. Летом, уже будучи беспомощным и казалось безнадежным, валялся на тарантасе под скирдой сена. Отец не обращал внимания, мать же не оставляла надежды спасти сына, и найдя в Орске врача, согласившегося посмотреть сына, отвезла  Якова в город. Началось лечение, которое оказалось эффективным, и спустя какое-то время он встал на ноги, хотя прежнего здоровья уже не было. Несмотря на это он был призван в армию и отправлен на Германский фронт – шла 1-я Мировая. С фронта вернулся инвалидом – был тяжело ранен в руку, вследствие чего она была у него усохшей,  пальцы фактически не разгибались.
 В 1918 г. на Троицу была свадьба Якова Брагина с Екатериной Васильевной Катрич (1901 г.р.  из под Бердянска, с. Берестово). В 1919 г. умер отец, Степан Аврамович и Яков стал фактически хозяином родительского дома. До сталинской, так наз. коллективизации (а фактически всеобщего обращения крестьянства в рабство) Яков Степанович как и все односельчане, в меру возможности сеяли зерновые, овес, бахчевые культуры. Значительное место отводилось под кукурузу. Кукуруза традиционная культура молдаван, их основной «хлеб». Во всяком случае мамалыга до отъезда в 1933 году матери («бабы Бражыхи») в г. Орск была на столе часто, несмотря на то что уже «все вокруг колхозное, все вокруг мое…» и не было ничего – был голод. Значительным (а может быть и главным) занятием Якова Степановича была торговля мясом. Он ездил по ближним аулам, закупал курдючных баранов и мясо реализовывал. После «всеобщего добровольного вступления» в колхоз Яков Ст. будучи инвалидом, оказался как бы вне колхоза. Это позволило ему в какой-то мере избежать колхозного рабства. Некоторое время он работал там на так называемой «бойне», функционирующей с наступлением холодов. Это было уже государственное предприятие. Забивался в основном крупный рогатый скот. Мясо в тушах отправлялось санным транспортом в г. Орск. Последние полтора или 2 года работал в «Заготживсырье», скупал у населения пушнину, бараньи шкуры в обмен на чай, порох, капканы, рыболовные снасти и прочую мелочь, необходимую в быту. У него была казенная лошадь, на которой он объезжал близлежащие села с целью сбора сырья. Эта лошадь, а также его простота и доверчивость стали для Якова Ст. роковыми. Зимой 1932-33 гг. в дом к Якову заявился односельчанин Васька Зотов с незнакомым пришлым человеком и стал просить для последнего лошадь съездить по каким-то делам в близлежащий совхоз «Профинтерн» (позднее  «Шахтстрой» и райцентр). После некоторых колебаний, доверившись поручительству Зотова, Яков Ст. лошадь дал. Прошло 2 дня, а на 3-й он не выдержал и поехал в «Профинтерн» сам. Прибыл поздно вечером, нашел лошадь в условленном месте в сарае, в тепле жующей сено, успокоился и пошел к родственникам жены, Катричам. А утром его арестовали. Оказывается, спавший после обильных возлияний Демин, когда к  нему зашел Яков, глубокой ночью запряг лошадь и поехал к совхозному амбару, сбил замок и выкрал около 10 мешков зерна, с чем и был вскоре задержан. На допросе же заявил, что сделал это по просьбе Якова Брагина, для чего последний и дал ему лошадь. По дороге в Орск (в сопровождении милиционера ) около 2 часов побыл дома. Это были последние минуты его пребывания в кругу семьи. В тюрьме он заболел тифом и умер в больнице (видимо при тюрьме). Случилось это в последних числах апреля или в первой декаде мая 1933 г. – голодного страшного года…
 По воспоминаниям родных, от других своих пяти братьев, отличался мягким незлобивым характером, был общителен, добр, отзывчив, очень любил детей, никогда не повышал голоса и не говорил лишних слов, терпим к мнению и действиям других и вместе с тем был цельной натурой со своей житейской «философией». Честность, порядочность, обязательность – не только природная но и осознаваемая им черта его натуры. И поэтому не удивительно, что он пользовался необыкновенным уважением, если не сказать любовью, особенно среди казахов, тем более что он изъяснялся с ними на их родном языке. Спустя 15 лет после его смерти – в апреле 1946 г, случайно повстречавший нас с Анатолием в пос. Котансу аксакал и по каким-то лишь ему ведомым признакам, что мы сыновья «Жяшка» (Яшка), разволновался, зацокал языком, закачал головой то и дело повторяя «он нормой жаксы, кароший человек был Жяшка» И вопросы – как сюда попали, как живем, как мать.
 Столь же чистоплотен он был и физически: всегда выбрит, причесан, не терпел несвежего белья, не ложился, не помыв ноги. Даже в «глухие и пещерные времена он чистил зубы, пользовался одеколоном и другими средствами личной гигиены. И еще в нем было обостренное чувство уважения к старшим, особенно к матери и старшей сестре Ирине Степановне Брагиной-Баркар. Воздержан к дурным привычкам – не курил, не пил и практически не сквернословил.