Открытый список - Вклад участника [ru]

Участница:Aneliarose

2024-05-08T09:39:03Z

Aneliarose:

Имя участника: Бавенд Анастасия.

'''Репрессированные родственники (по отцу):'''

* Бавенд Гершас сын Тахмуреза (1905) - прадедушка. Был сотрудником персидского консульства в Ашхабаде, в начале 1930-х переехал с супругой в Ташкент, занимался экспортом тканей и сухофруктов из Ирана в Россию, много ездил в связи с дипломатической деятельностью. Был арестован в 1941 году в Ташкенте (УзССР) и затем расстрелян. Не удается найти личное дело и документы, несмотря на многочисленные запросы в государственные ведомства Узбекистана и РФ.
* [[Казимов Азизулла Арбаби (1910)]] - супруг сестры прабабушки. Арестован в 1938 году в Ташкенте (УзССР), сослан в Северный Казахстан, где в 1941 году арестован повторно и расстрелян.
* [[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]] - тетя прабабушки. Арестована в 1938 году в Ашхабаде, отправлена в ссылку в Сибирь (Северный Казахстан), где провела 19 лет. Вскоре после нее был арестован ее супруг [[Гулам Сын Ибрагима Акрами (1893)]], также сослан в Казахстан, где в 1941 году арестован повторно и расстрелян. Заринтаж Ханум узнала о смерти мужа лишь много лет спустя, вернувшись из ссылки. Спустя годы она вышла замуж вновь: супругом стал также репрессированный ранее друг семьи [[Такамоль Али Аскер Мирзыулы (1898)]].
* Сигаев Василий Митрофанович (1906) - прадедушка. По национальности белорус. Данных о месте рождения нет. До 1941 года был офицером НКВД, затем ушёл на фронт. Участник Великой отечественной войны (1941-1945 гг.). После окончания войны был репрессирован. В 1953 году умер в лагерях. Найти личное дело и иные документы не удаётся. По словам родственников был реабилитирован, но документов не сохранилось.

'''Репрессированные родственники (по матери):'''

* [[Амелин Захар Осипович (1891)]] - прапрадедушка.
* [[Куракин Александр Федорович (1902)]] - брат прадеда Сергея Куракина.

Амелин Захар Осипович (1891)

2024-05-08T09:38:06Z

Aneliarose: /* Биография */ исправлена опечатка

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1891
|место рождения=Смоленская обл., Екимовичский р-н, дер. Ново-Суборово
|пол=мужчина
|национальность=русский
|профессия / место работы=Ново-Никольская школа, заведующий
|партийность=б/п
|дата ареста 1=05.04.1933
|обвинение 1=58, п. 10, 11
|осуждение 1=28.07.1933
|осудивший орган 1=Коллегия ОГПУ
|приговор 1=3 года ссылки
|архивное дело=26315-с
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Книга памяти Смоленской обл.
|дата реабилитации 1=01.02.1958
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд РСФСР
|мера пресечения 1=арестован
|где и кем арестован 1=Рославльским ПП ОГПУ
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Книга памяти Смоленской обл.]]
[[Категория:Смоленская обл.]]

==Биография==

'''Захарий Осипович Амелин''' (позже фамилия изменена на Амельченков) родился 07 апреля (23 марта по старому стилю) 1891 года. Место рождения: деревня Ново-Суборово Рославльского уезда Смоленской губернии (или село Екимовичи Рославльского уезда Смоленской губернии в соответствии со справкой Смоленского архива). Дата крещения: 24 марта (по старому стилю) 1891 года. Отцом был Осип Алексеевич (Iосифъ Алексеев) Амелин — потомственный военный, на момент рождения сына билетный унтер-офицер. Какое-то время служил министром при Александре II. Мать — Акилина Васильевна.

Захар получил гимназическое образование в уездном городе Рославль Смоленской губернии. В гимназии было много семей и с фамилией Амелины, и с фамилией Амельченковы. По ошибке ему выдали аттестат об окончании гимназии на фамилию Амельченков, потом выдали дубликат на фамилию Амелин, а первый вариант аттестата не забрали. В дальнейшем во времена репрессий этот факт помог ему избежать преследования: сменил фамилию на Амельченков.

'''Примерно в 1915 году''' Захар женился на Тепловой Вере Михайловне родом из Московской губернии. В этом браке родились двое детей: 25 июня 1916 года в деревне Суброво Екимовичского района Смоленской области родился сын Валентин Амелин, а имя второго сына история семьи не сохранила (без вести пропал во время Второй Мировой войны).

Захар Осипович был участником Первой мировой войны (1914 - 1918), служил в 686 Огинском полку, дослужился до звания поручика и, как офицер, получил от царя Николая II дворянский титул.

'''В 1920 году''' овдовел: Вера Михайловна скончалась в Москве во время эпидемии испанского гриппа.

Вскоре женился повторно — на Матрёне Ильиничне Зуевой. Мальчики от первого брака называли ее мамой, и очень любили ее родителей, часто у них гостили. В этом браке родились еще двое детей: 21 ноября 1921 года в Ново-Суборово Екимовичского р-на Смоленской области родился сын Евгений, 17 сентября 1923 года — сын Александр.

После революции служил некоторое время у красных, участвовал в ликвидации банд Савенкова (1921) на советско-польской границе. После подавления восстания тамбовских крестьян его же земляком – М.Н. Тухачевским – охладел к воинской службе и подал в отставку, хотя ему пророчили хорошую карьеру в армии.

Затем Захар Осипович окончательно осел в родных краях и стал учительствовать в Ново-Никольской школе Смоленской области, был в ней заведующим.

Жила семья Амелиных на хуторе, вела свое хозяйство. По рассказам его супруги у них было всего по двадцать: 20 гектар земли, 20 коров, 20 лошадей, 20 свиней, была и прочая живность. С хозяйством справлялись сами, помощников нанимали только в посевную и на уборку урожая.

'''В 1933 году 5 апреля''' к их особняку подъехал «черный воронок» из райцентра Екимовичи с целью ареста Захара Осиповича как «бывшего», ему предъявлялись обвинения по 58 статье, п. 10, 11 УК. Он не дал себя арестовать. Будучи физически очень сильным, он разбил «воронок» вдребезги каким-то обухом. Офицеры ОГПУ вынуждены были возвратиться в райцентр пешком. Но на следующее утро прибежал молодой человек из ОГПУ, являвшийся бывшим учеником Захара Осиповича, и предупредил, что его все равно арестуют и что ему и его семье лучше куда-то уехать.

Тогда семья, собрав самое необходимое, а из документов только аттестаты об окончании гимназии на две фамилии (Амельченков и Амелин) сбежали в глухую Тотьму. Там Захар Осипович предъявил властям первый вариант аттестата об окончании гимназии (в то время паспортов у деревенских жителей не было), надеясь, таким образом, спасти своих детей от дальнейших репрессий: так они стали Амельченковыми. На исконной фамилии остались только мальчики от первого брака.

В официальных документах говорится об аресте и суде, и суд, конечно же, был, но без присутствия обвиняемого.

В деревне Неклюдиха Тотемского района Вологодской области Захар Осипович работал в школе, дети учились в Тотьме.

[[Файл:1940.05.06. Похороны Захара Амелина (Амельченкова).jpg|мини|Май 1940 года. Похороны Захара Осиповича Амелина (Амельченкова). Провожают супруга Матрёна Ильинична и сыновья Евгений и Александр Амельченковы. ]]

'''В 1940 году 6 мая''' в возрасте 49 лет он заболел воспалением среднего уха и скончался: прорвавшийся гной попал в мозг. Был похоронен в деревне Неклюдиха.

По рассказам его невестки — Марии Ивановны Амелиной (Мирошниченко) был очень высокого роста, под два метра.
У одной из его внучек — Татьяны Амельченковой-Щербаковой — хранится аттестат Захара Осиповича (уже истлевший, ему больше 100 лет), его военный билет и одна фотография с его похорон.

Участница:Aneliarose

2024-05-08T07:15:58Z

Aneliarose: Создание страницы

Имя участника: Бавенд Анастасия.

'''Репрессированные родственники (по отцу):'''

* Бавенд Гершас сын Тахмуреза (1905) - прадедушка. Был сотрудником персидского консульства в Ашхабаде, в начале 1930-х переехал с супругой в Ташкент, занимался экспортом тканей и сухофруктов из Ирана в Россию, много ездил в связи с дипломатической деятельностью. Был арестован в 1941 году в Ташкенте (УзССР) и затем расстрелян. Не удается найти личное дело и документы, несмотря на многочисленные запросы в государственные ведомства Узбекистана и РФ.
* [[Казимов Азизулла Арбаби (1910)]] - супруг сестры прабабушки. Арестован в 1938 году в Ташкенте (УзССР), сослан в Северный Казахстан, где в 1941 году арестован повторно и расстрелян.
* [[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]] - тетя прабабушки. Арестована в 1938 году в Ашхабаде, отправлена в ссылку в Сибирь (Северный Казахстан), где провела 19 лет. Вскоре после нее был арестован ее супруг [[Гулам Сын Ибрагима Акрами (1893)]], также сослан в Казахстан, где в 1941 году арестован повторно и расстрелян. Заринтаж Ханум узнала о смерти мужа лишь много лет спустя, вернувшись из ссылки. Спустя годы она вышла замуж вновь: супругом стал также репрессированный ранее друг семьи [[Такамоль Али Аскер Мирзыулы (1898)]].
* Сигаев Василий Митрофанович (1906) - прадедушка. По национальности белорус. Данных о месте рождения нет. До 1941 года был офицером НКВД, затем ушёл на фронт. После окончания войны был репрессирован. В 1953 году умер в лагерях. Найти личное дело и иные документы не удаётся. По словам родственников был реабилитирован, но документов не сохранилось.

Участник Великой отечественной войны (1941-1945 гг.).

'''Репрессированные родственники (по матери):'''

* [[Амелин Захар Осипович (1891)]] - прапрадедушка.
* [[Куракин Александр Федорович (1902)]] - брат прадеда Сергея Куракина.

Амелин Захар Осипович (1891)

2024-05-08T06:59:16Z

Aneliarose: /* Биография */ исправлена опечатка, перемещено фото

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1891
|место рождения=Смоленская обл., Екимовичский р-н, дер. Ново-Суборово
|пол=мужчина
|национальность=русский
|профессия / место работы=Ново-Никольская школа, заведующий
|партийность=б/п
|дата ареста 1=05.04.1933
|обвинение 1=58, п. 10, 11
|осуждение 1=28.07.1933
|осудивший орган 1=Коллегия ОГПУ
|приговор 1=3 года ссылки
|архивное дело=26315-с
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Книга памяти Смоленской обл.
|дата реабилитации 1=01.02.1958
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд РСФСР
|мера пресечения 1=арестован
|где и кем арестован 1=Рославльским ПП ОГПУ
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Книга памяти Смоленской обл.]]
[[Категория:Смоленская обл.]]

==Биография==

'''Захарий Осипович Амелин''' (позже фамилия изменена на Амельченков) родился 07 апреля (23 марта по старому стилю) 1891 года. Место рождения: деревня Ново-Суборово Рославльского уезда Смоленской губернии (или село Екимовичи Рославльского уезда Смоленской губернии в соответствии со справкой Смоленского архива). Дата крещения: 24 марта (по старому стилю) 1891 года. Отцом был Осип Алексеевич (Iосифъ Алексеев) Амелин — потомственный военный, на момент рождения сына билетный унтер-офицер. Какое-то время служил министром при Александре II. Мать — Акилина Васильевна.

Захар получил гимназическое образование в уездном городе Рославль Смоленской губернии. В гимназии было много семей и с фамилией Амелины, и с фамилией Амельченковы. По ошибке ему выдали аттестат об окончании гимназии на фамилию Амельченков, потом выдали дубликат на фамилию Амелин, а первый вариант аттестата не забрали. В дальнейшем во времена репрессий этот факт помог ему избежать преследования: сменил фамилию на Амельченков.

'''Примерно в 1915 году''' Захар женился на Тепловой Вере Михайловне родом из Московской губернии. В этом браке родились двое детей: 25 июня 1916 года в деревне Суброво Екимовичского района Смоленской области родился сын Валентин Амелин, а имя второго сына история семьи не сохранила (без вести пропал во время Второй Мировой войны).

Захао Осипович был участником Первой мировой войны (1914 - 1918), служил в 686 Огинском полку, дослужился до звания поручика и, как офицер, получил от царя Николая II дворянский титул.

'''В 1920 году''' овдовел: Вера Михайловна скончалась в Москве во время эпидемии испанского гриппа.

Вскоре женился повторно — на Матрёне Ильиничне Зуевой. Мальчики от первого брака называли ее мамой, и очень любили ее родителей, часто у них гостили. В этом браке родились еще двое детей: 21 ноября 1921 года в Ново-Суборово Екимовичского р-на Смоленской области родился сын Евгений, 17 сентября 1923 года — сын Александр.

После революции служил некоторое время у красных, участвовал в ликвидации банд Савенкова (1921) на советско-польской границе. После подавления восстания тамбовских крестьян его же земляком – М.Н. Тухачевским – охладел к воинской службе и подал в отставку, хотя ему пророчили хорошую карьеру в армии.

Затем Захар Осипович окончательно осел в родных краях и стал учительствовать в Ново-Никольской школе Смоленской области, был в ней заведующим.

Жила семья Амелиных на хуторе, вела свое хозяйство. По рассказам его супруги у них было всего по двадцать: 20 гектар земли, 20 коров, 20 лошадей, 20 свиней, была и прочая живность. С хозяйством справлялись сами, помощников нанимали только в посевную и на уборку урожая.

'''В 1933 году 5 апреля''' к их особняку подъехал «черный воронок» из райцентра Екимовичи с целью ареста Захара Осиповича как «бывшего», ему предъявлялись обвинения по 58 статье, п. 10, 11 УК. Он не дал себя арестовать. Будучи физически очень сильным, он разбил «воронок» вдребезги каким-то обухом. Офицеры ОГПУ вынуждены были возвратиться в райцентр пешком. Но на следующее утро прибежал молодой человек из ОГПУ, являвшийся бывшим учеником Захара Осиповича, и предупредил, что его все равно арестуют и что ему и его семье лучше куда-то уехать.

Тогда семья, собрав самое необходимое, а из документов только аттестаты об окончании гимназии на две фамилии (Амельченков и Амелин) сбежали в глухую Тотьму. Там Захар Осипович предъявил властям первый вариант аттестата об окончании гимназии (в то время паспортов у деревенских жителей не было), надеясь, таким образом, спасти своих детей от дальнейших репрессий: так они стали Амельченковыми. На исконной фамилии остались только мальчики от первого брака.

В официальных документах говорится об аресте и суде, и суд, конечно же, был, но без присутствия обвиняемого.

В деревне Неклюдиха Тотемского района Вологодской области Захар Осипович работал в школе, дети учились в Тотьме.

[[Файл:1940.05.06. Похороны Захара Амелина (Амельченкова).jpg|мини|Май 1940 года. Похороны Захара Осиповича Амелина (Амельченкова). Провожают супруга Матрёна Ильинична и сыновья Евгений и Александр Амельченковы. ]]

'''В 1940 году 6 мая''' в возрасте 49 лет он заболел воспалением среднего уха и скончался: прорвавшийся гной попал в мозг. Был похоронен в деревне Неклюдиха.

По рассказам его невестки — Марии Ивановны Амелиной (Мирошниченко) был очень высокого роста, под два метра.
У одной из его внучек — Татьяны Амельченковой-Щербаковой — хранится аттестат Захара Осиповича (уже истлевший, ему больше 100 лет), его военный билет и одна фотография с его похорон.

Амелин Захар Осипович (1891)

2024-05-08T06:52:00Z

Aneliarose: /* Биография */ создан текст биографии, добавлено фото.

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1891
|место рождения=Смоленская обл., Екимовичский р-н, дер. Ново-Суборово
|пол=мужчина
|национальность=русский
|профессия / место работы=Ново-Никольская школа, заведующий
|партийность=б/п
|дата ареста 1=05.04.1933
|обвинение 1=58, п. 10, 11
|осуждение 1=28.07.1933
|осудивший орган 1=Коллегия ОГПУ
|приговор 1=3 года ссылки
|архивное дело=26315-с
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Книга памяти Смоленской обл.
|дата реабилитации 1=01.02.1958
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд РСФСР
|мера пресечения 1=арестован
|где и кем арестован 1=Рославльским ПП ОГПУ
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Книга памяти Смоленской обл.]]
[[Категория:Смоленская обл.]]

==Биография==

'''Захарий Осипович Амелин''' (позже фамилия изменена на Амельченков) родился 07 апреля (23 марта по старому стилю) 1891 года. Место рождения: деревня Ново-Суборово Рославльского уезда Смоленской губернии (или село Екимовичи Рославльского уезда Смоленской губернии в соответствии со справкой Смоленского архива). Дата крещения: 24 марта (по старому стилю) 1891 года. Отцом был Осип Алексеевич (Iосифъ Алексеев) Амелин — потомственный военный, на момент рождения сына билетный унтер-офицер. Какое-то время служил министром при Александре II. Мать — Акилина Васильевна.

Захар получил гимназическое образование в уездном городе Рославль Смоленской губернии. В гимназии было много семей и с фамилией Амелины, и с фамилией Амельченковы. По ошибке ему выдали аттестат об окончании гимназии на фамилию Амельченков, потом выдали дубликат на фамилию Амелин, а первый вариант аттестата не забрали. В дальнейшем во времена репрессий этот факт помог ему избежать преследования: сменил фамилию на Амельченков.

'''Примерно в 1915 году''' Захар женился на Тепловой Вере Михайловне родом из Московской губернии. В этом браке родились двое детей: 25 июня 1916 года в деревне Суброво Екимовичского района Смоленской области родился сын Валентин Амелин, а имя второго сына история семьи не сохранила (без вести пропал во время Второй Мировой войны).

Захао Осипович был участником Первой мировой войны (1914 - 1918), служил в 686 Огинском полку, дослужился до звания поручика и, как офицер, получил от царя Николая II дворянский титул.

'''В 1920 году''' овдовел: Вера Михайловна скончалась в Москве во время эпидемии испанского гриппа.

Вскоре женился повторно — на Матрёне Ильиничне Зуевой. Мальчики от первого брака называли ее мамой, и очень любили ее родителей, часто у них гостили. В этом браке родились еще двое детей: 21 ноября 1921 года в Ново-Суборово Екимовичского р-на Смоленской области родился сын Евгений, 17 сентября 1923 года — сын Александр.

После революции служил некоторое время у красных, участвовал в ликвидации банд Савенкова (1921) на советско-польской границе. После подавления восстания тамбовских крестьян его же земляком – М.Н. Тухачевским – охладел к воинской службе и подал в отставку, хотя ему пророчили хорошую карьеру в армии.

Затем Захар Осипович окончательно осел в родных краях и стал учительствовать в Ново-Никольской школе Смоленской области, был в ней заведующим.

Жила семья Амелиных на хуторе, вела свое хозяйство. По рассказам его супруги у них было всего по двадцать: 20 гектар земли, 20 коров, 20 лошадей, 20 свиней, была и прочая живность. С хозяйством справлялись сами, помощников нанимали только в посевную и на уборку урожая.

'''В 1933 году 5 апреля''' к их особняку подъехал «черный воронок» из райцентра Екимовичи с целью ареста Захара Осиповича как «бывшего», ему предъявлялись обвинения по 58 статье, п. 10, 11 УК. Он не дал себя арестовать. Будучи физически очень сильным, он разбил «воронок» вдребезги каким-то обухом. Офицеры ОГПУ вынуждены были возвратиться в райцентр пешком. Но на следующее утро прибежал молодой человек из ОГПУ, являвшийся бывшим учеником Захара Осиповича, и предупредил, что его все равно арестуют и что ему и его семье лучше куда-то уехать.

Тогда семья, собрав самое необходимое, а из документов только аттестаты об окончании гимназии на две фамилии (Амельченков и Амелин) сбежали в глухую Тотьму. Там Захар Осипович предъявил властям первый вариант аттестата об окончании гимназии (в то время паспортов у деревенских жителей не было), надеясь, таким образом, спасти своих детей от дальнейших репрессий: так они стали Амельченковыми. На исконной фамилии остались только мальчики от первого брака.

В официальных документах говорится об аресте и суде, и суд, конечно же, был, но без присутствия обвиняемого.

В деревне Неклюдиха Тотемского района Вологодской области Захар Осипович работал в школе, дети учились в Тотьме.

'''В 1940 году 6 мая''' в возрасте 49 лет он заболел воспалением среднего уха и скончался: прорвавшийся гной попал в мозг. Был похоронен в деревне Неклюдиха.

По рассказам его невестки — Марии Ивановны Амелиной (Мирошниченко) был очень высокого роста, под два метра.
У одной из его внучек — Татьяны Амельченковой-Щербаковой — хранится аттестат Захара Осиповича (уже истлевший, ему больше 100 лет), его военный билет и одна фотография с его похорон.

[[Файл:1940.05.06. Похороны Захара Амелина (Амельченкова).jpg|мини|Май 1940 года. Похороны Захара Осипова Амелина (Амельченкова). Провожают супруга Матрёна Ильинична и сыновья Евгений и Александр Амельченковы. ]]

Файл:1940.05.06. Похороны Захара Амелина (Амельченкова).jpg

2024-05-08T06:49:30Z

Aneliarose:

Май 1940 года. Похороны Захара Осипова Амелина (Амельченкова). Провожают супруга Матрёна Ильинична и сыновья Евгений и Александр Амельченковы.

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-14T19:57:49Z

Aneliarose: /* Биография */ исправлены грамматические, стилистические ошибки и опечатки

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=05.02.1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями на родине по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).
[[Файл:1934 Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зия, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси.jpg|мини|Слева направо: Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зияутдин, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси. Около 1934 года]]

Имя разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время она носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе были спешно депортированы назад в Иран её мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.

('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

'''9 февраля 1938 года''' арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и её супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и её супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''3 октября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что мужа в живых уже нет. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, направленный Заринтач Акрами на запрос о реабилитации её мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заринтач - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в ТССР - сначала в Мары, а затем в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным. Лишь спустя время благодаря усилиям дочери удалось добиться возможности навестить близких в Иране, после чего пришлось вернуться назад.

'''31 марта 1958 года''' в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Репрессии многие годы несли свой след и после завершения ссылки, сказавшись не только на физическом здоровье, но и на восприятии мира. К примеру, как и те немногие родственники, кто остался в СССР и выжил, Заррин-Таж боялась рассказывать детям слишком много из своей биографии, и даже отказалась учить их персидскому — родному для неё языку. Ее дочь Рошан рассказывает:
<blockquote>
Я не раз задавала маме вопрос: почему не учишь меня фарси? А она отвечала, что лучше мне язык не знать, боялась, что это приведёт к политическому преследованию, тяжёлым последствиям, с которыми столкнулась она сама, будучи иранкой. За долгие годы, что я провела с ней рядом, уговорить её научить меня языку так и не удалось."
</blockquote>

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж — за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем]]

'''5 февраля 1980 года''' Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

В своих воспоминаниях дочь Заррин-Таж — Рошан Акрами — написала следующее:

<blockquote>
"... Итак, 1980 год. Этот год для меня был самым страшным: умерла моя мама. Для меня мама была символом стойкости, честности и безмерной любви к людям. В чём это выражалось? В один из самых "чёрных" дней в мамину квартиру постучался 1938 год. Донос подруги, от зависти... Маму забрали, вместе с отцом, затем — тюрьма, ссылка в Казахстан...
В тюрьме мама находилась с новорождённой мной. Пелёнки сушила на себе: условий не было. После приговор: 10 лет лагерей.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан]]

Мама работала в лагере поваром и потому видела многих известных людей — Русланову, Силантьева, видных художников, балерин, музыкантов... И они прививали ей любовь, в особенности к городу Ленинграду, Зимнему дворцу, Мариинке, БДТ и т.д.

Из костей рыб они делали иголки и вышивали. А из крошек чёрного хлеба делали шахматы, шашки: игры скрашивали досуг и поддерживали дух в тёмные времена нахождения в ссылке.

Я, 1,5 года пробыв с мамой в тюрьме, попала затем в детский дом. Но, в отличие от других детей, моя жизнь была озарена каждый раз, когда маме удавалось навещать меня.

Когда назначенные приговором 10 лет лагеря закончились, маме дали еще 5 лет ссылки в Сибири.

И, наконец, 1956 год. Миллионы ссыльных возвращались в свои родные края. В их числе и мы, но — без отца. Его, когда мне было 5 месяцев, расстреляли.
Снова и снова писала она в Верховный суд, и наконец добилась реабилитации — и себе, и отцу.

Удивительно, но, пережив всё это, мама не озлобилась на людей, не потеряла любви к ним. 19 лет каторжных условий жизни не заставили её потерять веру в доброту и искренность человеческого сердца. Она жила мыслью, что взаимопомощь, любовь и поддержка — это фундамент, на котором держится общество. Этим ценностям и взглядам она учила и внука. И вдруг... этой яркий луч веры в людей погас. Навсегда.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Гулам Сын Ибрагима Акрами (1893)

2024-04-14T07:31:25Z

Aneliarose: Добавлена дата первого ареста

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893).jpg
|подпись к фотографии=Гулам Гусейн Акрами в 1935 году (до ареста)
|дата рождения=1893
|варианты ФИО=Гулам Гусейн Акрами, Гулам Ибрагимович Акрами
|место рождения=Иран, Тавриз (Тебриз)
|национальность=турок
|гражданство (подданство)=Иран
|образование=начальное
|профессия / место работы=Участник Собрания общины бахаи города Ашхабада
|место проживания=Туркменская ССР, Ашхабад
|пол=мужчина
|партийность=беспартийный
|расстрел=03.10.1941
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=09.02.1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Северо-Казахстанская обл., Джамбулский р-н, Приишимский совхоз
|дата ареста 2=02.01.1941
|обвинение 2=58, п. 6, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР.
|осуждение 2=04.07.1941
|осудивший орган 2=Суд.коллегия Алма-Атинского суда
|приговор 2=ВМН (расстрел)
|дата реабилитации 2=16.12.1964
|реабилитирующий орган 2=ВС КССР
|комментарий к аресту 2=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Гулам Гусейн Акрами''' (Aga Ghulam Hussain Akrami) родился в 1893 году в городе Тебриз (Тавриз), провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия) в семье человека по имени Ибрагим Акрами. По вероисповеданию изначально Гулам Гусейн был мусульманином. У него был хороший голос и он пел религиозные песнопения в Минарете. Со временем Гулам Гусейн пришел к решению изменить вероисповедание и стал частью общины бахаи, в связи с чем в дальнейшем из-за притеснений мусульман был вынужден покинуть Иран. Так он оказался в качестве беженца в Ашхабаде (Туркменская ССР).

В Ашхабаде он зарабатывал на жизнь изготовлением и реставрацией ковров, вёл активную общественную жизнь в общине бахаи. Вскоре он женился на девушке по имени Заррин-Тадж Ханум Парастар, дочери известных в общине своей деятельность Гулама Парастара и его жены Ругие Солтан.

[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|безрамки|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

'''В 1938 году''' Ашхабад всколыхнули репрессии в отношении иранцев. Вскоре с обыском 5 февраля пришли и к ним в дом: сначала арестовали жену Гулама Гусейна, а вскоре (9 февраля) вернулись и за ним самим. Как проходил обыск и арест, описал в своих воспоминаниях их сосед Асадулла Ализад, также упомянув и интересные факты биографии:

<blockquote>
Господин Акрами был новым бахаи. Ранее он был мусульманским проповедником и проповедовал во имя Божие, не беря ничего за свои службы. Его профессией было изготовление и ремонт ковров. Он был весьма искусен в этой работе. Приняв Веру Бахаи, он целиком посвятил себя служению ей. Хотя он был человеком полуграмотным, благодаря острому интересу к углублению своего понимания Веры он достиг удивительного прогресса и стал великолепным оратором, одним из лучших. Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они, как и семья Синанзаде, в тот же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.

(стр 44-46)
... После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он об-ратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
... В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами.

(стр 74)
... Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос.
(...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
Друзья, арестованные в Северном Казахстане:
(...)
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
</blockquote>

Спустя время Гулам Гусейн был отправлен в ссылку в Северный Казахстан, где 2 января 1941 года был, как и многие иранцы на спецпоселении, арестован повторно по обвинению в преступлениях, предусмотренных статьями 58, п. 6, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР. В ходе "следствия" подвергался вновь жестоким пыткам, которых в итоге вынести не смог: будучи истощенным и надеясь прекратить боль и страдания, он подписал согласие с обвинением. 4 июля 1941 года был вынесен приговор: высшая мера наказания. Всего за два месяца до этого (22 мая 1941 года) супруга Гулама Гусейна Заррин-Тадж Ханум, также находясь в ссылке, родила их общую дочь Рошан. Первое время с новорожденной прошло в казенном учреждении, где по-новой допрашивали ссыльных иранцев, а спустя год дочь забрали в детский дом: увидеть отца ей так и не было суждено.

3 октября 1941 года, по-видимому, Гулам Гусейн Акрами был расстрелян: эта дата указана в свидетельстве от смерти, которое удалось получить его вдове лишь в 1959 году (одновременно с признанием факта расстрела). Долгое время Заррин-Тадж Ханум, находясь в ссылке и спустя 19 лет освободившись от нее, добивалась от государства информации о местонахождении мужа, а также хлопотала о его и своей реабилитации.

[[Файл:Гулам Гусейн Акрами (1893) Свидетельство о смерти.jpg|безрамки|Гулам Гусейн Акрами (1893). Свидетельство о смерти]]

16 декабря 1964 г. после пересмотра дела за отсутствием состава преступления он был реабилитирован ВС КССР.

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|жена=[[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]]
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-14T07:29:32Z

Aneliarose: добавлена дата первого ареста

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=05.02.1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).
[[Файл:1934 Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зия, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси.jpg|мини|Слева направо: Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зияутдин, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси. Около 1934 года]]

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''3 октября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в ТССР - сначала в Мары, а затем в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным. Лишь спустя время благодаря усилиям дочери удалось добиться возможности навестить близких в Иране, после чего пришлось вернуться назад.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Репрессии многие годы несли свой след и после завершения ссылки, сказавшись не только на физическом здоровье, но и на восприятии мира. К примеру, как и те немногие родственники, кто остался в СССР и выжил, Заррин-Таж боялась рассказывать детям слишком много из своей биографии, и даже отказалась учить их персидскому — родному для неё языку. Ее дочь Рошан рассказывает:
<blockquote>
Я не раз задавала маме вопрос: почему не учишь меня фарси? А она отвечала, что лучше мне язык не знать, боялась, что это приведёт к политическому преследованию, тяжёлым последствиям, с которыми столкнулась она сама, будучи иранкой. За долгие годы, что я провела с ней рядом, уговорить её научить меня языку так и не удалось."
</blockquote>

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж — за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум с внучкой, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем]]

'''5 февраля 1980 года''' Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

В своих воспоминаниях дочь Заррин-Таж — Рошан Акрами — написала следующее:

<blockquote>
"... Итак, 1980 год. Этот год для меня был самым страшным: умерла моя мама. Для меня мама была символом стойкости, честности и безмерной любви к людям. В чём это выражалось? В один из самых "чёрных" дней в мамину квартиру постучался 1938 год. Донос подруги, от зависти... Маму забрали, вместе с отцом, затем — тюрьма, ссылка в Казахстан...
В тюрьме мама находилась с новорождённой мной. Пелёнки сушила на себе: условий не было. После приговор: 10 лет лагерей.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан]]

Мама работала в лагере поваром и потому видела многих известных людей — Русланову, Силантьева, видных художников, балерин, музыкантов... И они прививали ей любовь, в особенности к городу Ленинграду, Зимнему дворцу, Мариинке, БДТ и т.д.
Из костей рыб они делали иголки и вышивали. А из крошек чёрного хлеба делали шахматы, шашки: игры скрашивали досуг и поддерживали дух в тёмные времена нахождения в ссылке.
Я, 1,5 года пробыв с мамой в тюрьме, попала затем в детский дом. Но, в отличие от других детей, моя жизнь была озарена каждый раз, когда маме удавалось навещать меня.

Когда назначенные приговором 10 лет лагеря закончились, маме дали еще 5 лет ссылки в Сибири.

И, наконец, 1956 год. Миллионы ссыльных из Сибири возвращались в свои родные края. В их числе и мы, но — без отца. Его, когда мне было 5 месяцев, расстреляли.
Снова и снова писала она в Верховный суд, и наконец добилась реабилитации — и себе, и отцу.

Удивительно, но, пережив всё это, мама не озлобилась на людей, не потеряла любви к ним. 19 лет каторжных условий жизни не заставили её потерять веру в доброту и искренность человеческого сердца. Она жила мыслью, что взаимопомощь, любовь и поддержка — это фундамент, на котором держится общество. Этим ценностям и взглядам она учила и внука. И вдруг... этой яркий луч веры в людей погас. Навсегда.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-14T07:28:42Z

Aneliarose: /* Биография */ исправлена неточность и опечатки

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).
[[Файл:1934 Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зия, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси.jpg|мини|Слева направо: Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зияутдин, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси. Около 1934 года]]

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''3 октября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в ТССР - сначала в Мары, а затем в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным. Лишь спустя время благодаря усилиям дочери удалось добиться возможности навестить близких в Иране, после чего пришлось вернуться назад.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Репрессии многие годы несли свой след и после завершения ссылки, сказавшись не только на физическом здоровье, но и на восприятии мира. К примеру, как и те немногие родственники, кто остался в СССР и выжил, Заррин-Таж боялась рассказывать детям слишком много из своей биографии, и даже отказалась учить их персидскому — родному для неё языку. Ее дочь Рошан рассказывает:
<blockquote>
Я не раз задавала маме вопрос: почему не учишь меня фарси? А она отвечала, что лучше мне язык не знать, боялась, что это приведёт к политическому преследованию, тяжёлым последствиям, с которыми столкнулась она сама, будучи иранкой. За долгие годы, что я провела с ней рядом, уговорить её научить меня языку так и не удалось."
</blockquote>

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж — за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум с внучкой, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем]]

'''5 февраля 1980 года''' Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

В своих воспоминаниях дочь Заррин-Таж — Рошан Акрами — написала следующее:

<blockquote>
"... Итак, 1980 год. Этот год для меня был самым страшным: умерла моя мама. Для меня мама была символом стойкости, честности и безмерной любви к людям. В чём это выражалось? В один из самых "чёрных" дней в мамину квартиру постучался 1938 год. Донос подруги, от зависти... Маму забрали, вместе с отцом, затем — тюрьма, ссылка в Казахстан...
В тюрьме мама находилась с новорождённой мной. Пелёнки сушила на себе: условий не было. После приговор: 10 лет лагерей.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан]]

Мама работала в лагере поваром и потому видела многих известных людей — Русланову, Силантьева, видных художников, балерин, музыкантов... И они прививали ей любовь, в особенности к городу Ленинграду, Зимнему дворцу, Мариинке, БДТ и т.д.
Из костей рыб они делали иголки и вышивали. А из крошек чёрного хлеба делали шахматы, шашки: игры скрашивали досуг и поддерживали дух в тёмные времена нахождения в ссылке.
Я, 1,5 года пробыв с мамой в тюрьме, попала затем в детский дом. Но, в отличие от других детей, моя жизнь была озарена каждый раз, когда маме удавалось навещать меня.

Когда назначенные приговором 10 лет лагеря закончились, маме дали еще 5 лет ссылки в Сибири.

И, наконец, 1956 год. Миллионы ссыльных из Сибири возвращались в свои родные края. В их числе и мы, но — без отца. Его, когда мне было 5 месяцев, расстреляли.
Снова и снова писала она в Верховный суд, и наконец добилась реабилитации — и себе, и отцу.

Удивительно, но, пережив всё это, мама не озлобилась на людей, не потеряла любви к ним. 19 лет каторжных условий жизни не заставили её потерять веру в доброту и искренность человеческого сердца. Она жила мыслью, что взаимопомощь, любовь и поддержка — это фундамент, на котором держится общество. Этим ценностям и взглядам она учила и внука. И вдруг... этой яркий луч веры в людей погас. Навсегда.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T23:43:04Z

Aneliarose: /* Биография */ дополнение воспоминаний дочери

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).
[[Файл:1934 Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зия, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси.jpg|мини|Слева направо: Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зияутдин, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси. Около 1934 года]]

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Репрессии многие годы несли свой след и после завершения ссылки, сказавшись не только на физическом здоровье, но и на восприятии мира. К примеру, как и те немногие родственники, кто остался в СССР и выжил, Заррин-Таж боялась рассказывать детям слишком много из своей биографии, и даже отказалась учить их персидскому - родному для нее - языку. Ее дочь Рошан рассказывает:
<blockquote>
Я не раз задавала маме вопрос: почему не учишь меня фарси? А она отвечала, что лучше мне язык не знать, боялась, что это приведёт к политическому преследованию, тяжёлым последствиям, с которыми столкнулась она сама, будучи иранкой. За долгие годы, что я провела с ней рядом, уговорить её научить меня языку так и не удалось."
</blockquote>

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум с внучкой, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем]]

'''5 февраля 1980 года''' Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

В своих воспоминаниях дочь Заррин-Таж - Рошан Акрами - написала следующее:

<blockquote>
"... Итак, 1980 год. Этот год для меня был самым страшным: умерла моя мама. Для меня мама была символом стойкости, честности и безмерной любви к людям. В чём это выражалось? В один из самых "чёрных" дней в мамину квартиру постучался 1938 год. Донос подруги, от зависти... Маму забрали, вместе с отцом, затем - тюрьма, ссылка в Казахстан...
В тюрьме мама находилась с новорождённой мной. Пелёнки сушила на себе: условий не было. После приговор: 10 лет лагерей.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан]]

Мама работала в лагере поваром и потому видела многих известных людей - Русланову, Силантьева, видных художников, балерин, музыкантов... И они прививали ей любовь, в особенности к городу Ленинграду, Зимнему дворцу, Мариинке, БДТ и т.д...
Из костей рыб они делали иголки и вышивали. А из крошек чёрного хлеба делали шахматы, шашки: игры скрашивали досуг и поддерживали дух в тёмные времена нахождения в ссылке.
Я, 1,5 года пробыв с мамой в тюрьме, попала затем в детский дом. Но, в отличие отдругих детей, моя жизнь была озарена каждый раз, когда маме удавалось навещать меня.
Когда назначенные приговором 10 лет лагеря закончились, маме дали еще 5 лет ссылки в Сибири.

И, наконец, 1956 год. Миллионы ссыльных из Сибири возвращались в свои родные края. В их числе и мы, но - без отца. Его, когда мне было 5 месяцев, расстреляли.
Снова и снова писала она в Верховный суд, и наконец добилась реабилитации - и себе, и отцу.

Удивительно, но, пережив всё это, мама не озлобилась на людей, не потеряла любви к ним. 19 лет каторжных условий жизни не заставили её потерять веру в доброту и искренность человеческого сердца. Она жила мыслью, что взаимопомощь, любовь и поддержка - это фундамент, на котором держится общество. Этим ценностям и взглядам она учила и внука. И вдруг... этой яркий луч веры в людей погас. Навсегда.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T22:58:38Z

Aneliarose: /* Биография */ изменен порядок фото и скорректировано пару ошибок

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).
[[Файл:1934 Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зия, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси.jpg|мини|Слева направо: Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зияутдин, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси. Около 1934 года]]

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем]]

'''5 февраля 1980 года''' Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

В своих воспоминаниях дочь Заррин-Таж - Рошан Акрами - написала следующее:

<blockquote>
"... Итак, 1980 год. Этот год для меня был самым страшным: умерла моя мама. Для меня мама была символом стойкости, честности и безмерной любви к людям. В чём это выражалось? В один из самых "чёрных" дней в мамину квартиру постучался 1938 год. Донос подруги, от зависти... Маму забрали, вместе с отцом, затем - тюрьма, ссылка в Казахстан...
В тюрьме мама находилась с новорождённой мной. Пелёнки сушила на себе: условий не было. После приговор: 10 лет лагерей.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан]]

Мама работала в лагере поваром и потому видела многих известных людей - Русланову, Силантьева, видных художников, балерин, музыкантов... И они прививали ей любовь, в особенности к городу Ленинграду, Зимнему дворцу, Мариинке, БДТ и т.д...
Из костей рыб они делали иголки и вышивали. А из крошек чёрного хлеба делали шахматы, шашки: игры скрашивали досуг и поддерживали дух в тёмные времена нахождения в ссылке.
Я, 1,5 года пробыв с мамой в тюрьме, попала затем в детский дом. Но, в отличие отдругих детей, моя жизнь была озарена каждый раз, когда маме удавалось навещать меня.
Когда назначенные приговором 10 лет лагеря закончились, маме дали еще 5 лет ссылки в Сибири.

И, наконец, 1956 год. Миллионы ссыльных из Сибири возвращались в свои родные края. В их числе и мы, но - без отца. Его, когда мне было 5 месяцев, расстреляли.
Снова и снова писала она в Верховный суд, и наконец добилась реабилитации - и себе, и отцу.

Удивительно, но, пережив всё это, мама не озлобилась на людей, не потеряла любви к ним. 19 лет каторжных условий жизни не заставили её потерять веру в доброту и искренность человеческого сердца. Она жила мыслью, что взаимопомощь, любовь и поддержка - это фундамент, на котором держится общество. Этим ценностям и взглядам она учила и внука. И вдруг... этой яркий луч веры в людей погас. Навсегда.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T22:50:28Z

Aneliarose: /* Биография */ Добавлены воспоминания дочери

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).
[[Файл:1934 Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зия, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси.jpg|мини|Слева направо: Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зияутдин, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси. Около 1934 года]]

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.
[[Файл:Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан]]

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

[[Файл:Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем]]

'''5 февраля 1980 года''' Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

В своих воспоминаниях дочь Заррин-Таж - Рошан Акрами - написала следующее:

<blockquote>
"... Итак, 1980 год. Этот год для меня был самым страшным: умерла моя мама. Для меня мама была символом стойкости, честности и безмерной любви к людям. В чём это выражалось? В один из самых "чёрных" дней в мамину квартиру постучался 1938 год. Донос подруги, от зависти... Маму забрали, вместе с отцом, затем - тюрьма, ссылка в Казахстан...
В тюрьме мама находилась с новорождённой мной. Пелёнки сушила на себе: условий не было. После приговор - 10 лет лагерей.
Мама работала в лагере поваром и потому видела многих известных людей - Русланову, Силантьева, идных художников, балерин, музыкантов... И они прививали ей любовь, в особенности к городу Ленинграду, Зимнему дворцу, Мариинке, БДТ и т.д...
Из костей рыб они делали иголки и вышивали. А из крошек чёрного хлеба делали шахматы, шашки: игры скрашивали досуг и поддерживали дух в тёмные времена нахождения в ссылке.
Я, 1,5 года пробыв с мамой в тюрьме, попала затем в детский дом. Но, в отличие отдругих детей, моя жизнь была озарена каждый раз, когда маме удавалось навещать меня.
Когда назначенные приговором 10 лет лагеря закончились, маме дали еще 5 лет ссылки в Сибири.
И, наконец, 1956 год. Миллионы ссыльных из Сибири взвращались в свои родные края. В их числе и мы, но - без отца. Его, когда мне было 5 месяцев, расстреляли.
Снова и снова писала она в Верховный суд, и наконец добилась реабилитации - и себе, и отцу.
Удивительно, но, пережив всё это, мама не озлобилась на людей, не потеряла любви к ним. 19 лет каторжных условий жизни не заставили её потерять веру в доброту и искренность человеческого сердца. Она жила мыслью, что взаимопомощь, любовь и поддержка - это фундамент, на котором держится общество. Этим ценностям и взглядам она учила и внука. И вдруг... этой яркий луч веры в людей погас. Навсегда.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T22:19:40Z

Aneliarose: /* Биография */ Добавлены фотографии

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).
[[Файл:1934 Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зия, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси.jpg|мини|Слева направо: Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зияутдин, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси. Около 1934 года]]

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.
[[Файл:Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан]]

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.
[[Файл:Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем.jpg|мини|Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем]]

5 февраля 1980 года Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Файл:Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем.jpg

2024-04-13T22:17:01Z

Aneliarose:

Заррин-Таж Ханум с внуком, дочерью Рошан и супругом Али Аскером Такамолем

Файл:Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан.jpg

2024-04-13T22:15:39Z

Aneliarose:

Заррин-Таж Ханум Акрами с дочерью Рошан

Файл:1934 Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зия, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси.jpg

2024-04-13T22:13:54Z

Aneliarose:

Слева направо: Заринтач Ханум Акрами, ее сын Анвар, двоюродный брат Зияутдин, мать Рогие Султан Парастар и сестра Годси. Около 1934 года

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T20:54:15Z

Aneliarose: /* Биография */

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

5 февраля 1980 года Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T20:53:20Z

Aneliarose: /* Биография */ коррректировка шаблона родственников

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

5 февраля 1980 года Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж= [[Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)]]
|муж= [[Такамоль_Али_Аскер_Мирзыулы_(1898)]]
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T20:49:37Z

Aneliarose: /* Биография */ добавлен Шаблон Репрессированные родственники

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

5 февраля 1980 года Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|дедушки/бабушки=
|отец/мать=
|дяди/тети=
|дяди/тети=
|жена=
|муж=Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893)
|муж=Такамоль_Али_Аскер_Мирзыулы_(1898)
|братья/сестры=
|двоюродные братья/сестры=
|дети=
|племянники=
|внуки=
|источники данных=
}}

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T20:45:46Z

Aneliarose: /* Биография */ корректировка размера фото

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|мини|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

5 февраля 1980 года Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T20:44:02Z

Aneliarose: /* Биография */

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Зарентаж-Ханум_Акрами_Гулам_Гусейн_Парастар_(1906).jpg
|подпись к фотографии=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар) в 1976 году
|дата рождения=1906
|варианты ФИО=Заррин-Тадж Ханум Акрами (Парастар), Заринтач Акрами, Заринтаж Багирова
|место рождения=Туркмения, г. Ашхабад.
|национальность=Иранка
|гражданство (подданство)=Туркменская ССР
|образование=начальное
|пол=женщина
|архивное дело=ЛЦ00009539
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Каз.ССР, СКО, Джамбулский р-н, с. Приишимский.
|где и кем арестован 2=Пресновский РО УНКВД.
|дата ареста 2=01.1941
|обвинение 2=АСА, КРО, шпионаж
|осуждение 2=05.01.1942
|осудивший орган 2=ОСО при НКВД СССР.
|статья 2=58, п. 10, 58, п. 11, 58, п. 6 УК РСФСР.
|приговор 2=10 лет ИТЛ
|дата реабилитации 2=31.03.1958
|реабилитирующий орган 2=ВТ ТуркВО
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Заррин-Тадж Ханум Акрами (урождённая Парастар)''' родилась в 1906 году в городе Ашхабаде в семье Гулама Гуссейна Саррафа и Ругии Солтан Парастар в городе Ашхабаде. По национальности иранка: её родители были беженцами из Персии, и прибыли в Ашхабад в конце 19 века в связи с гонениями по признаку вероисповедания (они были частью общины бахаи).

Написание имени разнится в связи с тем, что произношение иранского имени и его написание в советских документах имело различия. Некоторое время носила имя Заринтаж-Ханум (Заринтач) Багирова: это было связано с тем, что в СССР, выдавая документы иранцам, принудительно меняли фамилии на более привычные слуху.

'''В 1924 году''' в возрасте 18 лет вышла замуж, в этом браке родился сын Анвар. Супруга вскоре не стало: умер молодым в связи с проблемами со здоровьем.

Некоторое время спустя Заррин-Таж вновь вышла замуж - за человека по имени Гулам Гусейн Акрами.
[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|обрамить|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

Семейное счастье продлилось всего несколько лет, прежде чем семья оказалась разбита машиной репрессий.

'''В 1938 году''' по Ашхабаду прокатилась волна обысков: иранцы, преданные новой религии, вызывали особый интерес у НКВД. На фоне этнических чисток многие друзья и родственники Заррин-Таж были арестованы, приговорены к высылке за пределы Советского Союза. В том числе спешно депортированы назад в Иран были ее мать Ругия Султан, сёстры Годсие Ханум, Алие, Гамар-Таж и брат Масуд. Другая часть родственников и друзей после ареста оказалась приговорена к отбыванию наказания за несуществующие преступления на территории СССР, несколько человек были расстреляны. Атмосфера страха и неизвестности захватила иранский район Ашхабада.
Вскоре ('''5 февраля 1938 года''') в дом к Заррин-Таж и ее супругу пришли с обыском. Их сосед Асадулла Ализад в своей книге воспоминаний «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.» описал её арест, невольным свидетелем которого он оказался:

<blockquote>
Ещё два следователя пришли домой к господину Акрами. Г-н Джалали предложил мне одеться и сходить туда как понятому. Он добавил, что следователи вели себя очень грубо и нагло.
Г-н Акрами был новым бахаи. (...) Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они в том же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.
Один из двух следователей был русский, он вёл себя как джентльмен; другой был туркменом и пытался самоутвердиться. Ему было очень далеко до понимания того, что такое благопристойность и честность. Он почему-то вообразил, что стоит ему только войти в дом г-на Акрами, как он тут же обнаружит там огромное количество документов и доказательств, благодаря которым докажет всем свою находчивость и профессионализм. Перевернув всё содержимое дома вверх дном, обыскав всё и не
найдя ни малейших доказательств, он впал в раздражение. Он ревел в гневе, ругался непотребными словами, и любой пустяк пытался притянуть за уши в качестве доказательства. Вдруг он увидел в их семейном альбоме фотографию первого мужа Заррин-Тадж Ханум, на голове которого была кулах-и пахлави («шапка Пахлави»). Он вынул её из альбома и с язвительной улыбкой, выдававшей его недобрые намерения, потряс ею в воздухе и победоносно спросил: «Кто это?» Задав этот вопрос, он бросил на Заррин-Тадж Ханум взгляд настолько злобный, что это невозможно описать словами. И он добавил тоном одновременно издевательским и жалким: «Мы знаем его!» Затем он присовокупил эту фотографию к прочим конфискованным предметам.
Обыск длился около часа. Не приходится сомневаться, что результат любого обыска в доме бахаи,— хоть пятиминутного, хоть пятичасового,— будет одним и тем же. Ничего значимого, что предубеждённый и злобный дознаватель мог бы использовать в качестве доказательства, не будет найдено. Поэтому следователи, которым не хотелось уходить с пустыми руками, решили забрать с собой несколько фотографий, писем и книг.
Во время всего обыска г-н Акрами сидел за столом лицом к следователям, а его жена или стояла, или ходила по комнате. Когда же обыск закончился и следователи собирались уходить, они попросили Заррин-Тадж Ханум пройти с ними в политический отдел и сказали, что она немедленно вернётся назад. До этого момента мы думали, что следствие направлено против г-на Акрами, но тут мы поняли, что на самом деле жертвой стала его жена, потому что именно ей пришлось отправиться в политический отдел в 4 часа утра в сопровождении двух государственных следователей. Читатель может представить, как мы себя чувствовали.

Но больше всех была потрясена сама Заррин-Тадж Ханум. Естественно, никто из нас не подозревал, что её могут арестовать или посадить в тюрьму. Мы поверили слову этого должностного лица, пообещавшего, что она вернётся до рассвета.
Когда следователи ушли, уведя с собой невиновных и несправедливо обиженных друзей, я увидел, что г-н Акрами и сын Заррин-Тадж Ханум сидят в комнате, которая за несколько минут до этого была обителью любви, спокойствия и безмятежности, и по которой теперь как будто пронёсся ураган, перевернув всю мебель и вывалив всё её содержимое посреди дома. Когда я оставил их, г-н Акрами сидел, свесив голову и повторяя молитву «Кто избавляет от трудностей, помимо Бога?..» Мальчик же забился в угол, мучительные рыдания, сотрясавшие его недавно, стихли, и глаза его были сухи. Казалось, он пребывает в полном тупике и его нежный ум не в силах справиться со столь сложной проблемой. Он переводил вопросительный взгляд с меня на своего отчима, умоляя разъяснить этот вопрос. В таком состоянии я и оставил их и вернулся к себе домой.

(стр 44-46)

(...) После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он обратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
(...) Как уже было сказано выше, госпожа Заррин-Тадж Акрами была отправлена в тюрьму в первую же ночь массовых арестов. В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами. Сын госпожи Акрами, который познал горечь утраты отца в раннем детстве и последние 2-3 года немного оттаял под опекой заботливого и преданного отчима, недавно ставшего бахаи, разом оказался в положении беспомощного сироты, лишённого защиты и убежища. Злобный и жестокий враг разбил в прах все чаяния и надежды невинного ребёнка, сделав его беспризорным бродягой.
</blockquote>

9 февраля 1938 года арестовали господина Акрами. После ареста родителей, Анвар (сын Заррин-Таж) присоединился к родственникам и был депортирован вместе с ними в Иран. Много лет спустя он будет возвращаться в Туркмению вновь и вновь, в поисках матери. Воссоединиться им удастся нескоро.

Заррин-Тадж Ханум по итогам следствия была направлена по этапу на спецпоселение в в совхоз Октябрьский в Сибири (Северный Казахстан), как и ее супруг. По пути и в первые годы ссылки многие их знакомые, оказавшиеся рядом, гибли от холода, голода и невыносимых условий труда. Однако к 1941 году жизнь, хотя и по-прежнему непростая и наполненная ограничениями, всё же начала казаться стабильной. Но вскоре началась новая волна преследований. Асадулла Ализад, оказавшийся в ссылке вместе с соседями в лице Заррин-Таж Ханум и ее супруга Гулама Гусейна Акрами, пишет об этом времени следующее:

<blockquote>
Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно, — они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.

Друзья, арестованные в Северном Казахстане:

1. Ага Мухаммад ‘Али Шахиди (Секретарь Местного Духовного Собрания Ашхабада)
2. Устад Насру’ллах Бакиров Сулаймани, брат Ага Мухаммада-‘Али Шахиди
3. Ага Мухаммад Акай-и Зайн, брат доктора Аббаса Зайна.
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
5. Заррин-Тадж Ханум Акрами

</blockquote>

На момент своего повторного ареста Заррин-Таж была беременна их первым с Гуламом общим ребёнком - дочерью Рошан. Девочка родилась '''22 мая 1941 года''', когда мать находилась в тюрьме, и первый год жизни провела с ней там. Увидеть отца ей так и не довелось.

Супруг Заррин-Таж после повторного ареста противостоять бесчеловечным пыткам во время допроса не смог: подписал согласие с надуманным обвинением, после чего '''9 сентября 1941 года''' был расстрелян. Но узнать об этом его семья смогла нескоро: лишь '''в 1959 году''' в ответ на многочисленные запросы и письма удалось получить честный ответ государственных структур - о том, что муж был расстрелян еще 3 октября 1941 года. Еще 20 лет после этого она будет упорно добиваться его реабилитации.

[[Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg|мини|Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа]]
[[Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg|мини|Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами]]

В ссылке Заррин-Таж провела в общей сложности 19 лет, большую часть этого времени - вдали от дочери и сына. Лишь став более взрослыми, они получили возможность навещать ее. После освобождения Заррин-Таж вернулась в Ашхабад. Покинуть СССР и воссоединиться с родными, депортированными в Иран, не удалось: разрешение на выезд для ссыльного получить не представлялось возможным.

31 марта 1958 года в результате поданного ею очередного запроса, дело было пересмотрено, и за отсутствием состава преступления она была реабилитирована ВТ ТуркВО.

Спустя много лет Заррин-Таж снова вышла замуж - за давнего друга семьи по имени Али Аскер Такамоль. Ранее ему также довелось пройти через аресты, допросы, пытки и пребывание в ссылке, как и через отказ в разрешении на выезд из страны после.

5 февраля 1980 года Заррин-Тадж Ханум Акрами умерла в Ашхабаде в окружении близких.

Файл:Гулам сын Ибрагима Акрами - Реабилитация.jpg

2024-04-13T20:32:54Z

Aneliarose:

Долгожданная справка о реабилитации покойного супруга Заррин-Таж - Гулама сына Ибрагима Акрами

Файл:Ответ, напрпавленный Заринтач Акрами в ответ на запрос о реабилитации ее мужа.jpg

2024-04-13T20:31:16Z

Aneliarose:

Ответ, направленный Заринтач Акрами (Багировой) в ответ на запрос о реабилитации ее мужа Гулама Гусейна Акрами

Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)

2024-04-13T19:40:40Z

Aneliarose: Добавление фотографии, редактирование места проживания, перенос информации об аресте в графу "Второй", добавление информации и опервом а…

Файл:Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906).jpg

2024-04-13T19:34:36Z

Aneliarose: Uploaded with OlEditor.

Uploaded with OlEditor.

Гулам Сын Ибрагима Акрами (1893)

2024-04-13T19:22:51Z

Aneliarose: /* Биография */ добавлен шаблон Репрессированные родственники

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893).jpg
|подпись к фотографии=Гулам Гусейн Акрами в 1935 году (до ареста)
|дата рождения=1893
|варианты ФИО=Гулам Гусейн Акрами, Гулам Ибрагимович Акрами
|место рождения=Иран, Тавриз (Тебриз)
|национальность=турок
|гражданство (подданство)=Иран
|образование=начальное
|профессия / место работы=Участник Собрания общины бахаи города Ашхабада
|место проживания=Туркменская ССР, Ашхабад
|пол=мужчина
|партийность=беспартийный
|расстрел=03.10.1941
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Северо-Казахстанская обл., Джамбулский р-н, Приишимский совхоз
|дата ареста 2=02.01.1941
|обвинение 2=58, п. 6, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР.
|осуждение 2=04.07.1941
|осудивший орган 2=Суд.коллегия Алма-Атинского суда
|приговор 2=ВМН (расстрел)
|дата реабилитации 2=16.12.1964
|реабилитирующий орган 2=ВС КССР
|комментарий к аресту 2=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Гулам Гусейн Акрами''' (Aga Ghulam Hussain Akrami) родился в 1893 году в городе Тебриз (Тавриз), провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия) в семье человека по имени Ибрагим Акрами. По вероисповеданию изначально Гулам Гусейн был мусульманином. У него был хороший голос и он пел религиозные песнопения в Минарете. Со временем Гулам Гусейн пришел к решению изменить вероисповедание и стал частью общины бахаи, в связи с чем в дальнейшем из-за притеснений мусульман был вынужден покинуть Иран. Так он оказался в качестве беженца в Ашхабаде (Туркменская ССР).

В Ашхабаде он зарабатывал на жизнь изготовлением и реставрацией ковров, вёл активную общественную жизнь в общине бахаи. Вскоре он женился на девушке по имени Заррин-Тадж Ханум Парастар, дочери известных в общине своей деятельность Гулама Парастара и его жены Ругие Солтан.

[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|безрамки|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

'''В 1938 году''' Ашхабад всколыхнули репрессии в отношении иранцев. Вскоре с обыском пришли и к ним в дом: сначала арестовали жену Гулама Гусейна, а вскоре вернулись и за ним самим. Как проходил обыск и арест, описал в своих воспоминаниях их сосед Асадулла Ализад, также упомянув и интересные факты биографии:

<blockquote>
Господин Акрами был новым бахаи. Ранее он был мусульманским проповедником и проповедовал во имя Божие, не беря ничего за свои службы. Его профессией было изготовление и ремонт ковров. Он был весьма искусен в этой работе. Приняв Веру Бахаи, он целиком посвятил себя служению ей. Хотя он был человеком полуграмотным, благодаря острому интересу к углублению своего понимания Веры он достиг удивительного прогресса и стал великолепным оратором, одним из лучших. Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они, как и семья Синанзаде, в тот же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.

(стр 44-46)
... После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он об-ратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
... В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами.

(стр 74)
... Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос.
(...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
Друзья, арестованные в Северном Казахстане:
(...)
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
</blockquote>

Спустя время Гулам Гусейн был отправлен в ссылку в Северный Казахстан, где 2 января 1941 года был, как и многие иранцы на спецпоселении, арестован повторно по обвинению в преступлениях, предусмотренных статьями 58, п. 6, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР. В ходе "следствия" подвергался вновь жестоким пыткам, которых в итоге вынести не смог: будучи истощенным и надеясь прекратить боль и страдания, он подписал согласие с обвинением. 4 июля 1941 года был вынесен приговор: высшая мера наказания. Всего за два месяца до этого (22 мая 1941 года) супруга Гулама Гусейна Заррин-Тадж Ханум, также находясь в ссылке, родила их общую дочь Рошан. Первое время с новорожденной прошло в казенном учреждении, где по-новой допрашивали ссыльных иранцев, а спустя год дочь забрали в детский дом: увидеть отца ей так и не было суждено.

3 октября 1941 года, по-видимому, Гулам Гусейн Акрами был расстрелян: эта дата указана в свидетельстве от смерти, которое удалось получить его вдове лишь в 1959 году (одновременно с признанием факта расстрела). Долгое время Заррин-Тадж Ханум, находясь в ссылке и спустя 19 лет освободившись от нее, добивалась от государства информации о местонахождении мужа, а также хлопотала о его и своей реабилитации.

[[Файл:Гулам Гусейн Акрами (1893) Свидетельство о смерти.jpg|безрамки|Гулам Гусейн Акрами (1893). Свидетельство о смерти]]

16 декабря 1964 г. после пересмотра дела за отсутствием состава преступления он был реабилитирован ВС КССР.

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|жена=[[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]]
}}

Гулам Сын Ибрагима Акрами (1893)

2024-04-13T16:40:06Z

Aneliarose: /* Биография */ попытка скорректировать фотографию (получилась слишком большой)

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893).jpg
|подпись к фотографии=Гулам Гусейн Акрами в 1935 году (до ареста)
|дата рождения=1893
|варианты ФИО=Гулам Гусейн Акрами, Гулам Ибрагимович Акрами
|место рождения=Иран, Тавриз (Тебриз)
|национальность=турок
|гражданство (подданство)=Иран
|образование=начальное
|профессия / место работы=Участник Собрания общины бахаи города Ашхабада
|место проживания=Туркменская ССР, Ашхабад
|пол=мужчина
|партийность=беспартийный
|расстрел=03.10.1941
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Северо-Казахстанская обл., Джамбулский р-н, Приишимский совхоз
|дата ареста 2=02.01.1941
|обвинение 2=58, п. 6, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР.
|осуждение 2=04.07.1941
|осудивший орган 2=Суд.коллегия Алма-Атинского суда
|приговор 2=ВМН (расстрел)
|дата реабилитации 2=16.12.1964
|реабилитирующий орган 2=ВС КССР
|комментарий к аресту 2=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Гулам Гусейн Акрами''' (Aga Ghulam Hussain Akrami) родился в 1893 году в городе Тебриз (Тавриз), провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия) в семье человека по имени Ибрагим Акрами. По вероисповеданию изначально Гулам Гусейн был мусульманином. У него был хороший голос и он пел религиозные песнопения в Минарете. Со временем Гулам Гусейн пришел к решению изменить вероисповедание и стал частью общины бахаи, в связи с чем в дальнейшем из-за притеснений мусульман был вынужден покинуть Иран. Так он оказался в качестве беженца в Ашхабаде (Туркменская ССР).

В Ашхабаде он зарабатывал на жизнь изготовлением и реставрацией ковров, вёл активную общественную жизнь в общине бахаи. Вскоре он женился на девушке по имени Заррин-Тадж Ханум Парастар, дочери известных в общине своей деятельность Гулама Парастара и его жены Ругие Солтан.

[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|безрамки|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

'''В 1938 году''' Ашхабад всколыхнули репрессии в отношении иранцев. Вскоре с обыском пришли и к ним в дом: сначала арестовали жену Гулама Гусейна, а вскоре вернулись и за ним самим. Как проходил обыск и арест, описал в своих воспоминаниях их сосед Асадулла Ализад, также упомянув и интересные факты биографии:

<blockquote>
Господин Акрами был новым бахаи. Ранее он был мусульманским проповедником и проповедовал во имя Божие, не беря ничего за свои службы. Его профессией было изготовление и ремонт ковров. Он был весьма искусен в этой работе. Приняв Веру Бахаи, он целиком посвятил себя служению ей. Хотя он был человеком полуграмотным, благодаря острому интересу к углублению своего понимания Веры он достиг удивительного прогресса и стал великолепным оратором, одним из лучших. Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они, как и семья Синанзаде, в тот же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.

(стр 44-46)
... После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он об-ратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
... В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами.

(стр 74)
... Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос.
(...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
Друзья, арестованные в Северном Казахстане:
(...)
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
</blockquote>

Спустя время Гулам Гусейн был отправлен в ссылку в Северный Казахстан, где 2 января 1941 года был, как и многие иранцы на спецпоселении, арестован повторно по обвинению в преступлениях, предусмотренных статьями 58, п. 6, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР. В ходе "следствия" подвергался вновь жестоким пыткам, которых в итоге вынести не смог: будучи истощенным и надеясь прекратить боль и страдания, он подписал согласие с обвинением. 4 июля 1941 года был вынесен приговор: высшая мера наказания. Всего за два месяца до этого (22 мая 1941 года) супруга Гулама Гусейна Заррин-Тадж Ханум, также находясь в ссылке, родила их общую дочь Рошан. Первое время с новорожденной прошло в казенном учреждении, где по-новой допрашивали ссыльных иранцев, а спустя год дочь забрали в детский дом: увидеть отца ей так и не было суждено.

3 октября 1941 года, по-видимому, Гулам Гусейн Акрами был расстрелян: эта дата указана в свидетельстве от смерти, которое удалось получить его вдове лишь в 1959 году (одновременно с признанием факта расстрела). Долгое время Заррин-Тадж Ханум, находясь в ссылке и спустя 19 лет освободившись от нее, добивалась от государства информации о местонахождении мужа, а также хлопотала о его и своей реабилитации.

[[Файл:Гулам Гусейн Акрами (1893) Свидетельство о смерти.jpg|безрамки|Гулам Гусейн Акрами (1893). Свидетельство о смерти]]

16 декабря 1964 г. после пересмотра дела за отсутствием состава преступления он был реабилитирован ВС КССР.

Гулам Сын Ибрагима Акрами (1893)

2024-04-13T16:38:54Z

Aneliarose: /* Биография */

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Гулам_Сын_Ибрагима_Акрами_(1893).jpg
|подпись к фотографии=Гулам Гусейн Акрами в 1935 году (до ареста)
|дата рождения=1893
|варианты ФИО=Гулам Гусейн Акрами, Гулам Ибрагимович Акрами
|место рождения=Иран, Тавриз (Тебриз)
|национальность=турок
|гражданство (подданство)=Иран
|образование=начальное
|профессия / место работы=Участник Собрания общины бахаи города Ашхабада
|место проживания=Туркменская ССР, Ашхабад
|пол=мужчина
|партийность=беспартийный
|расстрел=03.10.1941
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Северо-Казахстанская обл., Джамбулский р-н, Приишимский совхоз
|дата ареста 2=02.01.1941
|обвинение 2=58, п. 6, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР.
|осуждение 2=04.07.1941
|осудивший орган 2=Суд.коллегия Алма-Атинского суда
|приговор 2=ВМН (расстрел)
|дата реабилитации 2=16.12.1964
|реабилитирующий орган 2=ВС КССР
|комментарий к аресту 2=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Северо-Казахстанской обл.]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==

'''Гулам Гусейн Акрами''' (Aga Ghulam Hussain Akrami) родился в 1893 году в городе Тебриз (Тавриз), провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия) в семье человека по имени Ибрагим Акрами. По вероисповеданию изначально Гулам Гусейн был мусульманином. У него был хороший голос и он пел религиозные песнопения в Минарете. Со временем Гулам Гусейн пришел к решению изменить вероисповедание и стал частью общины бахаи, в связи с чем в дальнейшем из-за притеснений мусульман был вынужден покинуть Иран. Так он оказался в качестве беженца в Ашхабаде (Туркменская ССР).

В Ашхабаде он зарабатывал на жизнь изготовлением и реставрацией ковров, вёл активную общественную жизнь в общине бахаи. Вскоре он женился на девушке по имени Заррин-Тадж Ханум Парастар, дочери известных в общине своей деятельность Гулама Парастара и его жены Ругие Солтан.

[[Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg|обрамить|Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан. Часть группового семейного снимка]]

'''В 1938 году''' Ашхабад всколыхнули репрессии в отношении иранцев. Вскоре с обыском пришли и к ним в дом: сначала арестовали жену Гулама Гусейна, а вскоре вернулись и за ним самим. Как проходил обыск и арест, описал в своих воспоминаниях их сосед Асадулла Ализад, также упомянув и интересные факты биографии:

<blockquote>
Господин Акрами был новым бахаи. Ранее он был мусульманским проповедником и проповедовал во имя Божие, не беря ничего за свои службы. Его профессией было изготовление и ремонт ковров. Он был весьма искусен в этой работе. Приняв Веру Бахаи, он целиком посвятил себя служению ей. Хотя он был человеком полуграмотным, благодаря острому интересу к углублению своего понимания Веры он достиг удивительного прогресса и стал великолепным оратором, одним из лучших. Когда он стал бахаи, то женился на дочери Ага Гулама-и Хуссайна-и Сарафа, известной как Заррин-Тадж Ханум. Жили они, как и семья Синанзаде, в тот же здании, принадлежавшем г-ну Джалили, что и я с моей супругой. Семья г-на Акрами состояла из него самого, его жены Заррин-Тадж Ханум и её 10-12-летнего сына от первого брака.

(стр 44-46)
... После ареста восьми членов Собрания г-н Басим, единственный оставшийся на свободе его член, счёл своим долгом создать новое Собрание. Поскольку в сложившихся обстоятельствах было невозможно выбрать новых членов, он об-ратился к результатам предыдущих выборов и пригласил восемь человек, занявших по количеству голосов с 10-го по 17-е место, заполнить вакансии в Собрании. В новое Собрание вошли: г-н Басим, г-н Такамуль, г-н Акрами, г-н Таухид, г-н Та’йиди, я и ещё трое человек, которых я сейчас не могу вспомнить. Некоторые из этих людей смогли посетить всего одну встречу Собрания, которая состоялась в этот вечер, а затем они также были арестованы.

(стр. 61)
... В одну из последующих ночей представители власти вернулись и забрали также и господина Акрами.

(стр 74)
... Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос.
(...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
Друзья, арестованные в Северном Казахстане:
(...)
4. Ага Гулам-Хусайн Акрами
</blockquote>

Спустя время Гулам Гусейн был отправлен в ссылку в Северный Казахстан, где 2 января 1941 года был, как и многие иранцы на спецпоселении, арестован повторно по обвинению в преступлениях, предусмотренных статьями 58, п. 6, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР. В ходе "следствия" подвергался вновь жестоким пыткам, которых в итоге вынести не смог: будучи истощенным и надеясь прекратить боль и страдания, он подписал согласие с обвинением. 4 июля 1941 года был вынесен приговор: высшая мера наказания. Всего за два месяца до этого (22 мая 1941 года) супруга Гулама Гусейна Заррин-Тадж Ханум, также находясь в ссылке, родила их общую дочь Рошан. Первое время с новорожденной прошло в казенном учреждении, где по-новой допрашивали ссыльных иранцев, а спустя год дочь забрали в детский дом: увидеть отца ей так и не было суждено.

3 октября 1941 года, по-видимому, Гулам Гусейн Акрами был расстрелян: эта дата указана в свидетельстве от смерти, которое удалось получить его вдове лишь в 1959 году (одновременно с признанием факта расстрела). Долгое время Заррин-Тадж Ханум, находясь в ссылке и спустя 19 лет освободившись от нее, добивалась от государства информации о местонахождении мужа, а также хлопотала о его и своей реабилитации.

[[Файл:Гулам Гусейн Акрами (1893) Свидетельство о смерти.jpg|безрамки|Гулам Гусейн Акрами (1893). Свидетельство о смерти]]

16 декабря 1964 г. после пересмотра дела за отсутствием состава преступления он был реабилитирован ВС КССР.

Файл:Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум.jpg

2024-04-13T16:23:51Z

Aneliarose:

Гулам Гусейн Акрами с супругой Заринтаж Ханум. 1935, Мары, Туркменистан (часть группового семейного снимка)

Файл:Гулам Гусейн Акрами (1893) Свидетельство о смерти.jpg

2024-04-13T16:03:13Z

Aneliarose:

Было получено в 1959 году в ответ на многочисленные запросы его супруги о судьбе мужа

Гулам Сын Ибрагима Акрами (1893)

2024-04-13T15:56:57Z

Aneliarose: Добавление фотографии, перенос информации об аресте во Второй, заполнение информации о первом аресте, изменение места проживания (было у…

Файл:Гулам Сын Ибрагима Акрами (1893).jpg

2024-04-13T15:39:03Z

Aneliarose: Uploaded with OlEditor.

Uploaded with OlEditor.

Такамоль Али Аскер Мирзыулы (1898)

2024-04-13T15:13:56Z

Aneliarose: место проживание заменено на первоначальное (указано было место ссылки и проживание на момент повторного ареста в ссылке)

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Такамоль_Али_Аскер_Мирзыулы_(1898).jpg
|подпись к фотографии=Али Аскер Такамоль в 1976 году (Ашхабад)
|дата рождения=1898
|место рождения=Иран, район Западный Азербайджан, деревня Милан
|национальность=иракцы
|гражданство (подданство)=Иран
|профессия / место работы=бухгалтер, РайОНО Лебяжинской.
|место проживания=Туркменская ССР, Ашхабад
|пол=мужчина
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Павлодарской обл.; [http://mvd.gov.kz/ МВД Республики Казахстан]
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|осудивший орган 1=Особое совещание НКВД СССР
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с.
|где и кем арестован 2=Лебяжинское РО НКВД
|дата ареста 2=10.03.1941
|обвинение 2=58, п. 1, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР
|осуждение 2=02.05.1942
|осудивший орган 2=Особое совещание НКВД СССР
|статья 2=58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР
|приговор 2=ИТЛ, 10 лет
|дата реабилитации 2=08.09.1958
|реабилитирующий орган 2=Военный Трибунал Туркестанского военного округа
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Павлодарской обл.]]
[[Категория:МВД Республики Казахстан]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Фотографии]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Туркмения]]

==Биография==
'''Такамоль Али Аскер Мирзыулы''' родился в 1898 году в деревне Милан, район Западный Азербайджан, провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия).
Впервые был арестован сотрудниками НКВД в Ашхабаде (Туркменская ССР) в 1938 году (он привлёк их внимание в связи с занимаемой им должностью в комитете бахаи), после чего был осужден и отправлен в ссылку в Северный Казахстан.

На момент второго ареста находился в ссылке: Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с.
Работал: бухгалтер в РайОНО Лебяжинской. Кем и когда арестован: 10.03.1941 года, Лебяжинское РО НКВД. Кем и когда осужден: Особое совещание НКВД СССР, 02.05.1942 года. Статья: 58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР осужден к лишению свободы в ИТЛ на 10 лет.
Реабилитирован: 08.09.1958 года, военный трибунал Туркестанского военного округа За отсутствием состава преступления.

После отбывания ссылки и освобождения вернуться в Иран к семье не смог: получить разрешение бывшим ссыльным было невозможно. В связи с этим он вынужден был, несмотря на иранское подданство, остаться в Туркменской ССР, где в дальнейшем спустя годы женился на женщине по имени Заринтаж Ханум Акрами, также пострадавшей от репрессий, и потерявшей в связи с ними своего супруга много лет назад.

Упоминания об Али Аскере имеются в книге воспоминаний другого ашхабадца Асадуллы Ализада под названием «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.». Отрывок из неё:

(Стр. 262-263):
<blockquote>
(...) Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
(...)
Арестованные в Павлодаре
(...)
10. Ага ‘Али-Асгар Такамуль (я не знаю, из какой провинции он был родом.)
</blockquote>

(Стр. 265):
<blockquote>
Джинаб-и Такамуль и Заррин-Тадж Ханум вернулись в Ашхабад, где они через какое-то время поженились. Они до сих пор живут там. Г-н Такамуль служил на протяжении многих лет в разных комитетах бахаи. Он хорошо знал персидский язык и питал большую склонность к литературной работе. Его перу принадлежат несколько статей. Он также собирал истории из жизни бахаи.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|жена=[[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]]
}}

Такамоль Али Аскер Мирзыулы (1898)

2024-04-13T15:11:11Z

Aneliarose: Добавлены категории

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Такамоль_Али_Аскер_Мирзыулы_(1898).jpg
|подпись к фотографии=Али Аскер Такамоль в 1976 году (Ашхабад)
|дата рождения=1898
|место рождения=Иран, район Западный Азербайджан, деревня Милан
|национальность=иракцы
|гражданство (подданство)=Иран
|профессия / место работы=бухгалтер, РайОНО Лебяжинской.
|место проживания=Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с
|пол=мужчина
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Павлодарской обл.; [http://mvd.gov.kz/ МВД Республики Казахстан]
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|осудивший орган 1=Особое совещание НКВД СССР
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с.
|где и кем арестован 2=Лебяжинское РО НКВД
|дата ареста 2=10.03.1941
|обвинение 2=58, п. 1, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР
|осуждение 2=02.05.1942
|осудивший орган 2=Особое совещание НКВД СССР
|статья 2=58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР
|приговор 2=ИТЛ, 10 лет
|дата реабилитации 2=08.09.1958
|реабилитирующий орган 2=Военный Трибунал Туркестанского военного округа
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Павлодарской обл.]]
[[Категория:МВД Республики Казахстан]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Фотографии]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Туркмения]]

==Биография==
'''Такамоль Али Аскер Мирзыулы''' родился в 1898 году в деревне Милан, район Западный Азербайджан, провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия).
Впервые был арестован сотрудниками НКВД в Ашхабаде (Туркменская ССР) в 1938 году (он привлёк их внимание в связи с занимаемой им должностью в комитете бахаи), после чего был осужден и отправлен в ссылку в Северный Казахстан.

На момент второго ареста находился в ссылке: Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с.
Работал: бухгалтер в РайОНО Лебяжинской. Кем и когда арестован: 10.03.1941 года, Лебяжинское РО НКВД. Кем и когда осужден: Особое совещание НКВД СССР, 02.05.1942 года. Статья: 58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР осужден к лишению свободы в ИТЛ на 10 лет.
Реабилитирован: 08.09.1958 года, военный трибунал Туркестанского военного округа За отсутствием состава преступления.

После отбывания ссылки и освобождения вернуться в Иран к семье не смог: получить разрешение бывшим ссыльным было невозможно. В связи с этим он вынужден был, несмотря на иранское подданство, остаться в Туркменской ССР, где в дальнейшем спустя годы женился на женщине по имени Заринтаж Ханум Акрами, также пострадавшей от репрессий, и потерявшей в связи с ними своего супруга много лет назад.

Упоминания об Али Аскере имеются в книге воспоминаний другого ашхабадца Асадуллы Ализада под названием «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.». Отрывок из неё:

(Стр. 262-263):
<blockquote>
(...) Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
(...)
Арестованные в Павлодаре
(...)
10. Ага ‘Али-Асгар Такамуль (я не знаю, из какой провинции он был родом.)
</blockquote>

(Стр. 265):
<blockquote>
Джинаб-и Такамуль и Заррин-Тадж Ханум вернулись в Ашхабад, где они через какое-то время поженились. Они до сих пор живут там. Г-н Такамуль служил на протяжении многих лет в разных комитетах бахаи. Он хорошо знал персидский язык и питал большую склонность к литературной работе. Его перу принадлежат несколько статей. Он также собирал истории из жизни бахаи.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|жена=[[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]]
}}

Такамоль Али Аскер Мирзыулы (1898)

2024-04-13T15:05:30Z

Aneliarose: Информация об аресте из Первого пперенесена во Второй. Обновлена информация о первом

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Такамоль_Али_Аскер_Мирзыулы_(1898).jpg
|подпись к фотографии=Али Аскер Такамоль в 1976 году (Ашхабад)
|дата рождения=1898
|место рождения=Иран, район Западный Азербайджан, деревня Милан
|национальность=иракцы
|гражданство (подданство)=Иран
|профессия / место работы=бухгалтер, РайОНО Лебяжинской.
|место проживания=Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с
|пол=мужчина
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Павлодарской обл.; [http://mvd.gov.kz/ МВД Республики Казахстан]
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Ашхабад (Туркменская ССР)
|дата ареста 1=1938
|осудивший орган 1=Особое совещание НКВД СССР
|приговор 1=Спецпоселение
|место отбывания 1=Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с.
|дата реабилитации 1=08.09.1958
|реабилитирующий орган 1=Военный Трибунал Туркестанского военного округа
|где и кем арестован 2=Лебяжинское РО НКВД
|дата ареста 2=10.03.1941
|обвинение 2=58, п. 1, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР
|осуждение 2=02.05.1942
|осудивший орган 2=Особое совещание НКВД СССР
|статья 2=58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР
|приговор 2=ИТЛ, 10 лет
|дата реабилитации 2=08.09.1958
|реабилитирующий орган 2=Военный Трибунал Туркестанского военного округа
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Павлодарской обл.]]
[[Категория:МВД Республики Казахстан]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==
'''Такамоль Али Аскер Мирзыулы''' родился в 1898 году в деревне Милан, район Западный Азербайджан, провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия).
Впервые был арестован сотрудниками НКВД в Ашхабаде (Туркменская ССР) в 1938 году (он привлёк их внимание в связи с занимаемой им должностью в комитете бахаи), после чего был осужден и отправлен в ссылку в Северный Казахстан.

На момент второго ареста находился в ссылке: Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с.
Работал: бухгалтер в РайОНО Лебяжинской. Кем и когда арестован: 10.03.1941 года, Лебяжинское РО НКВД. Кем и когда осужден: Особое совещание НКВД СССР, 02.05.1942 года. Статья: 58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР осужден к лишению свободы в ИТЛ на 10 лет.
Реабилитирован: 08.09.1958 года, военный трибунал Туркестанского военного округа За отсутствием состава преступления.

После отбывания ссылки и освобождения вернуться в Иран к семье не смог: получить разрешение бывшим ссыльным было невозможно. В связи с этим он вынужден был, несмотря на иранское подданство, остаться в Туркменской ССР, где в дальнейшем спустя годы женился на женщине по имени Заринтаж Ханум Акрами, также пострадавшей от репрессий, и потерявшей в связи с ними своего супруга много лет назад.

Упоминания об Али Аскере имеются в книге воспоминаний другого ашхабадца Асадуллы Ализада под названием «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.». Отрывок из неё:

(Стр. 262-263):
<blockquote>
(...) Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
(...)
Арестованные в Павлодаре
(...)
10. Ага ‘Али-Асгар Такамуль (я не знаю, из какой провинции он был родом.)
</blockquote>

(Стр. 265):
<blockquote>
Джинаб-и Такамуль и Заррин-Тадж Ханум вернулись в Ашхабад, где они через какое-то время поженились. Они до сих пор живут там. Г-н Такамуль служил на протяжении многих лет в разных комитетах бахаи. Он хорошо знал персидский язык и питал большую склонность к литературной работе. Его перу принадлежат несколько статей. Он также собирал истории из жизни бахаи.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|жена=[[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]]
}}

Такамоль Али Аскер Мирзыулы (1898)

2024-04-13T14:58:57Z

Aneliarose: Исправлены ошибки форматирования

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Такамоль_Али_Аскер_Мирзыулы_(1898).jpg
|подпись к фотографии=Али Аскер Такамоль в 1976 году (Ашхабад)
|дата рождения=1898
|место рождения=Иран, район Западный Азербайджан, деревня Милан
|национальность=иракцы
|гражданство (подданство)=Иран
|профессия / место работы=бухгалтер, РайОНО Лебяжинской.
|место проживания=Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с
|пол=мужчина
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Павлодарской обл.; [http://mvd.gov.kz/ МВД Республики Казахстан]
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Лебяжинское РО НКВД
|дата ареста 1=10.03.1941
|обвинение 1=58, п. 1, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР
|осуждение 1=02.05.1942
|осудивший орган 1=Особое совещание НКВД СССР
|статья 1=58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР
|приговор 1=ИТЛ, 10 лет
|дата реабилитации 1=08.09.1958
|реабилитирующий орган 1=Военный Трибунал Туркестанского военного округа
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Павлодарской обл.]]
[[Категория:МВД Республики Казахстан]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==
'''Такамоль Али Аскер Мирзыулы''' родился в 1898 году в деревне Милан, район Западный Азербайджан, провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия).
Впервые был арестован сотрудниками НКВД в Ашхабаде (Туркменская ССР) в 1938 году (он привлёк их внимание в связи с занимаемой им должностью в комитете бахаи), после чего был осужден и отправлен в ссылку в Северный Казахстан.

На момент второго ареста находился в ссылке: Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с.
Работал: бухгалтер в РайОНО Лебяжинской. Кем и когда арестован: 10.03.1941 года, Лебяжинское РО НКВД. Кем и когда осужден: Особое совещание НКВД СССР, 02.05.1942 года. Статья: 58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР осужден к лишению свободы в ИТЛ на 10 лет.
Реабилитирован: 08.09.1958 года, военный трибунал Туркестанского военного округа За отсутствием состава преступления.

После отбывания ссылки и освобождения вернуться в Иран к семье не смог: получить разрешение бывшим ссыльным было невозможно. В связи с этим он вынужден был, несмотря на иранское подданство, остаться в Туркменской ССР, где в дальнейшем спустя годы женился на женщине по имени Заринтаж Ханум Акрами, также пострадавшей от репрессий, и потерявшей в связи с ними своего супруга много лет назад.

Упоминания об Али Аскере имеются в книге воспоминаний другого ашхабадца Асадуллы Ализада под названием «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.». Отрывок из неё:

(Стр. 262-263):
<blockquote>
(...) Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
(...)
Арестованные в Павлодаре
(...)
10. Ага ‘Али-Асгар Такамуль (я не знаю, из какой провинции он был родом.)
</blockquote>

(Стр. 265):
<blockquote>
Джинаб-и Такамуль и Заррин-Тадж Ханум вернулись в Ашхабад, где они через какое-то время поженились. Они до сих пор живут там. Г-н Такамуль служил на протяжении многих лет в разных комитетах бахаи. Он хорошо знал персидский язык и питал большую склонность к литературной работе. Его перу принадлежат несколько статей. Он также собирал истории из жизни бахаи.
</blockquote>

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|жена=[[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]]
}}

Такамоль Али Аскер Мирзыулы (1898)

2024-04-13T14:41:42Z

Aneliarose: добавление фотографии, грамматическая коррекция населённого пункта рождения, дополнение биографии

{{Шаблон:Формуляр
|фотография=Такамоль_Али_Аскер_Мирзыулы_(1898).jpg
|подпись к фотографии=Али Аскер Такамоль в 1976 году (Ашхабад)
|дата рождения=1898
|место рождения=Иран, район Западный Азербайджан, деревня Милан
|национальность=иракцы
|гражданство (подданство)=Иран
|профессия / место работы=бухгалтер, РайОНО Лебяжинской.
|место проживания=Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с
|пол=мужчина
|источники данных=БД "Жертвы политического террора в СССР"; Сведения ДКНБ РК по Павлодарской обл.; [http://mvd.gov.kz/ МВД Республики Казахстан]
|статус=отредактирован пользователем
|где и кем арестован 1=Лебяжинское РО НКВД
|дата ареста 1=10.03.1941
|обвинение 1=58, п. 1, 58, п. 10, 58, п. 11 УК РСФСР
|осуждение 1=02.05.1942
|осудивший орган 1=Особое совещание НКВД СССР
|статья 1=58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР
|приговор 1=ИТЛ, 10 лет
|дата реабилитации 1=08.09.1958
|реабилитирующий орган 1=Военный Трибунал Туркестанского военного округа
}}

[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:ДКНБ РК по Павлодарской обл.]]
[[Категория:МВД Республики Казахстан]]
[[Категория:Казахстан]]
[[Категория:Фотографии]]

==Биография==
'''Такамоль Али Аскер Мирзыулы''' родился в 1898 году в деревне Милан, район Западный Азербайджан, провинция Иранский Азербайджан, Иран (Персия).
Впервые был арестован сотрудниками НКВД в Ашхабаде (Туркменская ССР) в 1938 году (он привлёк их внимание в связи с занимаемой им должностью в комитете бахаи), после чего был осужден и отправлен в ссылку в Северный Казахстан.

На момент второго ареста находился в ссылке: Павлодарская обл., Лебяжинский район, Лебяжье с.
Работал: бухгалтер в РайОНО Лебяжинской. Кем и когда арестован: 10.03.1941 года, Лебяжинское РО НКВД. Кем и когда осужден: Особое совещание НКВД СССР, 02.05.1942 года. Статья: 58-1, 58-10, 58-11 УК РСФСР осужден к лишению свободы в ИТЛ на 10 лет.
Реабилитирован: 08.09.1958 года, военный трибунал Туркестанского военного округа За отсутствием состава преступления.

После отбывания ссылки и освобождения вернуться в Иран к семье не смог: получить разрешение бывшим ссыльным было невозможно. В связи с этим он вынужден был, несмотря на иранское подданство, остаться в Туркменской ССР, где в дальнейшем спустя годы женился на женщине по имени Заринтаж Ханум Акрами, также пострадавшей от репрессий, и потерявшей в связи с ними своего супруга много лет назад.

Упоминания об Али Аскере имеются в книге воспоминаний другого ашхабадца Асадуллы Ализада под названием «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.». Отрывок из неё:

(Стр. 262-263):
{{начало цитаты|источник=Асадулла Ализад «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.»}}
(...) Перед самой войной наше положение претерпело большие изменения. Отношение политуправления, которое и ранее было проникнуто подозрениями ко всем и вся, значительно ужесточилось по отношению к иранцам вообще и к бахаи в особенности. Они постоянно приезжали в совхоз и каждый раз вызывали несколько человек на допрос. (...) Поэтому в этот период,— а скорее всего, одновременно,— они арестовали, безо всякого предупреждения, ряд бахаи в провинциях Северного Казахстана и в Павлодаре.
(...)
Арестованные в Павлодаре
(...)
10. Ага ‘Али-Асгар Такамуль (я не знаю, из какой провинции он был родом.)
{{конец цитаты|источник=Асадулла Ализад «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.»}}
(Стр. 265):
{{начало цитаты|источник=Асадулла Ализад «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.»}}
Джинаб-и Такамуль и Заррин-Тадж Ханум вернулись в Ашхабад, где они через какое-то время поженились. Они до сих пор живут там. Г-н Такамуль служил на протяжении многих лет в разных комитетах бахаи. Он хорошо знал персидский язык и питал большую склонность к литературной работе. Его перу принадлежат несколько статей. Он также собирал истории из жизни бахаи.
{{конец цитаты|источник=Асадулла Ализад «Годы молчания. Бахаи в СССР 1938-1946 гг.»}}

{{Шаблон:Репрессированные родственники
|жена=[[Зарентаж-Ханум Акрами Гулам Гусейн Парастар (1906)]]
}}

Файл:Такамоль Али Аскер Мирзыулы (1898).jpg

2024-04-13T14:14:02Z

Aneliarose: Uploaded with OlEditor.

Uploaded with OlEditor.

Джулиев Пави (1887)

2023-04-20T08:22:56Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1887
|место рождения=Туркменская ССР
|национальность=Туркмен
|гражданство (подданство)=ТССР
|место проживания=Туркменская ССР, Каахкинский район, аул Душак
|пол=мужчина
|источники данных=[https://sud.uz/1912-2/ Верховный суд Республики Узбекистан]
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=14.10.1932
|осудивший орган 1=ОГПУ НКВД
|статья 1=ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=5 лет Концлагеря
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Джулиев Пави, 1887 года рождения, уроженец Туркменской ССР, по национальности туркмен, гражданин ТССР, проживал в селе Душак Каахкинского района Туркменской ССР.

14 октября 1932 года решением ОГПУ признан виновным по статье 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и сослан в концлагерь на 5 лет.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

2. Ўрта Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармасининг
1932 йил 14 октябрдаги махсус йиғилиш қарорига кўра:

( ... )

157) 1887 йилда Туркманистон ССРда туғилган, миллати туркман, ССРИ фуқароси, Туркманистон ССР, Каахкин тумани, Душак оулида яшаган Джулиев Пави Ўзбекистон ССР ЖКнинг (эски таҳрирдаги) 58-моддаси билан айбдор деб топилиб, 5 йил муддатга Концлагерга сургун қилинган. </blockquote>

Аманов Кули (1892)

2023-04-20T08:19:10Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1892
|место рождения=Туркменская ССР
|национальность=Туркмен
|гражданство (подданство)=ТССР
|место проживания=Туркменская ССР, Каахкинский район, аул Душак
|пол=мужчина
|источники данных=[https://sud.uz/1912-2/ Верховный суд Республики Узбекистан]
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=14.10.1932
|осудивший орган 1=ОГПУ НКВД
|статья 1=ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=5 лет Концлагеря
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Аманов Кули, родился в Туркменской ССР в 1892 году, по национальности туркмен, гражданин ТССР, проживал в ауле (селе) Душак Каахкинского района Туркменской ССР.

14 октября 1932 года решением ОГПУ признан виновным по статье 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и сослан в концлагерь на 5 лет.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

2. Ўрта Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармасининг
1932 йил 14 октябрдаги махсус йиғилиш қарорига кўра:

( ... )

158) 1892 йилда Туркманистон ССРда туғилган, миллати туркман, ССРИ фуқароси, Туркманистон ССР, Каахкин тумани, Душак оулида яшаган Аманов Кули Ўзбекистон ССР ЖКнинг (эски таҳрирдаги) 58-моддаси билан айбдор деб топилиб, 5 йил муддатга Концлагерга сургун қилинган. </blockquote>

Турсунов Мансур (1884)

2023-04-20T08:09:24Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1884
|место рождения=УзССР, Джизакская область, Джизак
|национальность=узбек
|гражданство (подданство)=УзССР
|место проживания=УзССР, Джизакская область, Джизак
|пол=мужчина
|источники данных=[https://sud.uz/1912-2/ Верховный суд Республики Узбекистан]
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=14.10.1932
|осудивший орган 1=ОГПУ НКВД
|статья 1=ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=5 лет Концлагеря
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Турсунов Мансур, 1884 года рождения, уроженец Джизака, узбек по национальности, гражданин УзССР, проживал в г. Джизаке Джизакской области.

14 октября 1932 года решением ОГПУ признан виновным по статье 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и сослан в концлагерь на 5 лет.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

2. Ўрта Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармасининг
1932 йил 14 октябрдаги махсус йиғилиш қарорига кўра:

( ... )

159) 1884 йилда Жиззах шаҳрида туғилган, миллати ўзбек, ССРИ фуқароси, Жиззах вилояти, Жиззах шаҳрида яшаган Турсунов Мансур Ўзбекистон ССР ЖКнинг (эски таҳрирдаги) 58-моддаси билан айбдор деб топилиб, 5 йил муддатга Концлагерга сургун қилинган. </blockquote>

Эганмурадов Реджеб (1900)

2023-04-20T08:04:23Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1900
|место рождения=Туркменская ССР
|национальность=Туркмен
|гражданство (подданство)=ТССР
|место проживания=Туркменская ССР, Каахкинский район, аул Душак
|пол=мужчина
|источники данных=[https://sud.uz/1912-2/ Верховный суд Республики Узбекистан]
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=14.10.1932
|осудивший орган 1=ОГПУ НКВД
|статья 1=ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=5 лет Концлагеря
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Туркмения]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Эганмурадов Реджеб, 1900 года рождения, Туркменская ССР, по национальности туркмен, гражданин ТССР, проживал в ауле (селе) Душак Каахкинского района Туркменской ССР.
14 октября 1932 года решением ОГПУ признан виновным по статье 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и сослан в концлагерь на 5 лет.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

2. Ўрта Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармасининг
1932 йил 14 октябрдаги махсус йиғилиш қарорига кўра:

( ... )

160) 1900 йилда Туркманистон ССРда туғилган, миллати туркман, ССРИ фуқароси, Туркманистон ССР, Каахкин тумани, Душак оулида яшаган Эганмурадов Реджеб Ўзбекистон ССР ЖКнинг (эски таҳрирдаги) 58-моддаси билан айбдор деб топилиб, 5 йил муддатга Концлагерга сургун қилинган.</blockquote>

Алиев Гусейн (1895)

2023-04-19T18:17:02Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1895
|варианты ФИО=Алиев Хоссейн
|место рождения=Иран
|национальность=иранец
|гражданство (подданство)=Иран
|место проживания=УзССР
|пол=мужчина
|источники данных=[https://sud.uz/1912-2/ Верховный суд Республики Узбекистан]
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=14.10.1932
|осудивший орган 1=ОГПУ НКВД
|статья 1=ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=Депортация с территории СССР
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Репрессированные иранцы]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==

Алиев Гусейн, родился в Иране в 1895 году, гражданин Ирана.
14 октября 1932 года решением ОГПУ признан виновным по статье 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и депортирован с территории СССР.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

2. Ўрта Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармасининг 1932 йил 14 октябрдаги махсус йиғилиш қарорига кўра:

( ... )

161) 1895 йилда Эронда туғилган, Эрон фуқароси Алиев Гусейн Ўзбекистон ССР ЖКнинг (эски таҳрирдаги) 58-моддаси билан айбдор деб топилиб, ССРИ ҳудудидан депортация қилинган. </blockquote>

Юсупов Турдыбек (1901)

2023-04-19T18:09:16Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1901
|место рождения=УзССР, Джизакская область, Зааминский район
|национальность=узбек
|гражданство (подданство)=УзССР
|место проживания=УзССР, Джизакская область, Зааминский район
|пол=мужчина
|источники данных=[https://sud.uz/1912-2/ Верховный суд Республики Узбекистан]
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=14.10.1932
|осудивший орган 1=ОГПУ НКВД
|статья 1=ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=10 лет Концлагеря
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Юсупов Турдыбек, 1901 года рождения, уроженец Зааминского района Джизакской области УзССР, узбек по национальности, гражданин УзССР, проживал в Зааминском районе Джизакской области УзССР.
14 октября 1932 года решением ОГПУ признан виновным по статье 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и сослан в концлагерь на 10 лет.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

2. Ўрта Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармасининг
1932 йил 14 октябрдаги махсус йиғилиш қарорига кўра:

( ... )

162) 1901 йилда Зомин туманида туғилган, миллати ўзбек, СССР фуқароси, Жиззах вилояти, Зомин туманида яшаган Юсупов Турдыбек Ўзбекистон ССР ЖКнинг (эски таҳрирдаги) 58-моддаси билан айбдор деб топилиб, 10 йил муддатга Концлагерга сургун қилинган. </blockquote>

Палимов Утемурат (1894)

2023-04-19T18:04:50Z

Aneliarose: /* Биография */

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1894
|варианты ФИО=Палымов Утемурат
|место рождения=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|национальность=каракалпак
|гражданство (подданство)=СССР
|профессия / место работы=служащий организации социального страхования Тахтакопырского и Караозакского районов, член союза «Қошчи»
|место проживания=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|пол=мужчина
|источники данных=[https://sud.uz/1912-2/ Верховный суд Республики Узбекистан]
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=09.12.1929
|осудивший орган 1="Тройка" ОГПУ при НКВД
|статья 1=ч. 2 ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=ВМН (расстрел) с конфискацией имущества
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Палимов (Палымов) Утемурат, 1894 г.р., родился в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан, по национальности каракалпак, гражданин СССР, образован, женат, служащий организации социального страхования Тахтакопырского и Караозакского районов, член союза «Қошчи», проживал в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан.

09 декабря 1929 года решением "Тройки" ОГПУ признан виновным по части 2 статьи 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и приговорён к «расстрелу» с конфискацией имущества.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

3. Марказий Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармаси (БДСБ) Мухтор вакили қошидаги Учлик кенгашининг 1929 йил 9 декабрдаги қарорига кўра:

( ... )

163) 1894 йилда Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида туғилган, миллати қорақалпоқ, ССРИ фуқароси, маълумотли, оилали, Тахтакўпир ва Қораўзак туманлари бўйича ижтимоий суғурта ташкилоти ишчиси, «Қошчи» иттифоқи аъзоси, Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида яшаган Палимов (Палымов) Утемурат Ўзбекистон ССР ЖК (эски таҳрирдаги) 58-моддасининг 2-қисми билан айбдор деб топилиб, мол-мулки конфискация қилинган ҳолда “отувга” ҳукм қилинган. </blockquote>

Юсупов Имберген (1903)

2023-04-19T17:59:32Z

Aneliarose: /* Биография */

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1903
|место рождения=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|национальность=каракалпак
|гражданство (подданство)=СССР
|социальное происхождение=крестьянин
|образование=Без образования
|место проживания=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|пол=мужчина
|источники данных=Верховный суд Республики Узбекистан
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=09.12.1929
|осудивший орган 1="Тройка" ОГПУ при НКВД
|статья 1=ч. 2 ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=Лишение свободы
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Юсупов Имберген, 1903 года рождения, родился в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан, по национальности каракалпак, гражданин СССР, необразованный, женат, крестьянин (дехканин), проживал в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан.
09 декабря 1929 года решением "Тройки" ОГПУ признан виновным по ч. 2 ст. 58 УК УзССР (в старой редакции) и приговорен к лишению свободы (сведений о назначенном сроке лишения свободы в уголовном деле нет).

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

3. Марказий Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармаси (БДСБ) Мухтор вакили қошидаги Учлик кенгашининг 1929 йил
9 декабрдаги қарорига кўра:

( ... )

168) 1903 йилда Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида туғилган, миллати қорақалпоқ, ССРИ фуқароси, маълумотга эга эмас, оилали, деҳқон, Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида яшаган Юсупов Имберген Ўзбекистон ССР ЖК (эски таҳрирдаги) 58-моддасининг 2-қисми билан айбдор деб топилиб, озодлик маҳрум қилиш жазоси тайинланган (жиноят ишида тайинланган озодлик маҳрум қилиш жазосининг муддати ҳақида маълумот мавжуд эмас). </blockquote>

Палимов Утемурат (1894)

2023-04-19T17:58:55Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1894
|варианты ФИО=Палымов Утемурат
|место рождения=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|национальность=каракалпак
|гражданство (подданство)=СССР
|профессия / место работы=служащий организации социального страхования Тахтакопырского и Караозакского районов, член союза «Қошчи»
|место проживания=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|пол=мужчина
|источники данных=[https://sud.uz/1912-2/ Верховный суд Республики Узбекистан]
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=09.12.1929
|осудивший орган 1="Тройка" ОГПУ при НКВД
|статья 1=ч. 2 ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=ВМН (расстрел) с конфискацией имущества
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Палимов (Палымов) Утемурат, 1894 г.р., родился в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан, по национальности каракалпак, гражданин СССР, образован, женат, служащий организации социального страхования Тахтакопырского и Караозакского районов, член союза «Қошчи», проживал в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан.

09 декабря 1929 года решением "Тройки" ОГПУ признан виновным по части 2 статьи 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и приговорён к «расстрелу» с конфискацией имущества.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

3. Марказий Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармаси (БДСБ) Мухтор вакили қошидаги Учлик кенгашининг 1929 йил
9 декабрдаги қарорига кўра:

( ... )

163) 1894 йилда Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида туғилган, миллати қорақалпоқ, ССРИ фуқароси, маълумотли, оилали, Тахтакўпир ва Қораўзак туманлари бўйича ижтимоий суғурта ташкилоти ишчиси, «Қошчи» иттифоқи аъзоси, Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида яшаган Палимов (Палымов) Утемурат </blockquote>

Бекимбетов Убайдулла (1904)

2023-04-19T17:52:03Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1904
|место рождения=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|национальность=каракалпак
|гражданство (подданство)=СССР
|профессия / место работы=Безработный
|место проживания=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|пол=мужчина
|источники данных=Верховный суд Республики Узбекистан
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=09.12.1929
|осудивший орган 1="Тройка" ОГПУ при НКВД
|статья 1=ч. 2 ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=ВМН (расстрел) с конфискацией имущества
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Бекимбетов Убайдулла, 1904 года рождения, родился в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан, по национальности каракалпак, гражданин СССР, образован, женат, безработный, проживал в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан.

09 декабря 1929 года решением "Тройки" ОГПУ признан виновным по части 2 статьи 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и приговорён к «расстрелу» с конфискацией имущества.

19 декабря 2022 года решением Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

3. Марказий Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармаси (БДСБ) Мухтор вакили қошидаги Учлик кенгашининг 1929 йил
9 декабрдаги қарорига кўра:

( ... )

164) 1904 йилда Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида туғилган, миллати қорақалпоқ, СССР фуқароси, маълумотли, оилали, ишсиз Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида яшаган Бекимбетов Убайдулла Ўзбекистон ССР ЖК (эски таҳрирдаги) 58-моддасининг 2-қисми билан айбдор деб топилиб, мол-мулки конфискация қилинган ҳолда “отувга” ҳукм қилинган. </blockquote>

Худаиназаров Давлетназар (1885)

2023-04-19T17:46:33Z

Aneliarose: Создание страницы

{{Шаблон:Формуляр
|дата рождения=1885
|место рождения=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|национальность=каракалпак
|гражданство (подданство)=СССР
|образование=Без образования
|профессия / место работы=Мираб, 6-ой аул
|место проживания=Республика Каракалпакстан, Чимбойский район
|пол=мужчина
|источники данных=Верховный суд Республики Узбекистан
|статус=создан пользователем
|осуждение 1=09.12.1929
|осудивший орган 1="Тройка" ОГПУ при НКВД
|статья 1=ч. 2 ст. 58 УК УзССР (в старой редакции)
|приговор 1=ВМН (расстрел) с конфискацией имущества
|дата реабилитации 1=19.12.2022
|реабилитирующий орган 1=Верховный суд Республики Узбекистан
}}

[[Категория:Узбекистан]]
[[Категория:Фонд "Шахидлар Хотирасы" (Узбекистан)]]
[[Категория:Открытый список]]
[[Категория:Жертвы политического террора в СССР (База данных)]]
[[Категория:Добавлено пользователем]]

==Биография==
Худайназаров Давлетназар, 1885 года рождения, уроженец Чимбойского района Республики Каракалпакстан, каракалпак по национальности, гражданин СССР, необразованный, женат, работал мирабом в 6-м ауле (пускал поливную воду по арыкам, тем самым обеспечивая полив насаждений и прохладу в засушливом климате, следил за чистотой арычной системы и за тем, чтобы вода не расходовалась зря), проживал в Чимбойском районе Республики Каракалпакстан.
09 декабря 1929 года решением "Тройки" ОГПУ признан виновным по части 2 статьи 58 УК Узбекской ССР (в старой редакции) и приговорён к «расстрелу» с конфискацией имущества.

19 декабря 2022 года приговором Верховного суда Республики Узбекистан реабилитирован и оправдан, будучи признанным жертвой репрессий, о чём сообщено на [https://sud.uz/1912-2/ официальном сайте Верховного суда] на государственном языке:

<blockquote>2022 йил 19 декабрь куни Олий суднинг ҳукми билан реабилитация қилиниб, оқланган қатағон қурбонлари

( ... )

3. Марказий Осиёдаги Бирлашган давлат сиёсий бошқармаси (БДСБ) Мухтор вакили қошидаги Учлик кенгашининг 1929 йил
9 декабрдаги қарорига кўра:

( ... )

165) 1885 йилда Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида туғилган, миллати қорақалпоқ, СССР фуқароси, маълумотга эга бўлмаган, оилали, 6-аулда мироб лавозимида ишлаган, Қорақалпоғистон Республикаси Чимбой туманида яшаган Худаиназаров Давлетназар Ўзбекистон ССР ЖК (эски таҳрирдаги) 58-моддасининг 2-қисми билан айбдор деб топилиб, мол-мулки конфискация қилинган ҳолда “отувга” ҳукм қилинган. </blockquote>